Книга Большая охота Крика, страница 109 – Саша Хеллмейстер

— Смотришь, что он с ней сейчас сделает?– спросил он.– Тебе хорошо видно, куда и что он ей просунет? Отлично. А теперь… Готов рассказать, кто тебя нанял, паршивец?

Тут до меня дошло, что Бен, очевидно, полагал, будто Виктор действовал не сам, а по чьей-то указке. Вика это повеселило. Украдкой я взглянула на него, хотя всю меня колотила дрожь.

Вик криво улыбнулся. В глазах его стояли слезы, но выражение их было полным злости.

— Я скажу, Мейхью,– сказал он.– Только смотри, никому больше не рассказывай. Поди поближе, вот сюда.

Бен стал серьезен.

— Ну, трусишка, не бойся. Я тебе сознаюсь, так и быть. Видишь, ты меня доломал?

Мейхью осторожно склонился к нему на том расстоянии, чтобы Виктор до него не достал. Тот улыбнулся шире, почти оскалился, и лицо его исказилось от ярости:

— Мне Господь Бог и совесть подсказали.

Хуп рассмеялся, Вик ему вторил. В домике Адсилы это прозвучало так зловеще и горько, что я не сдержала слез и всхлипнула. Но Вик только разозлил этим Бена Мейхью. Побледнев, он выпрямился и, стараясь быть спокойным, сказал:

— Ладно, Марджори, делай что хочешь, но не кончай в девчонку. Нам еще биоследов не хватало. И не стреляй, пока я не скажу. А ты,– он игнорировал, когда Вик яростно дернулся.– Наслаждайся зрелищем. Надеюсь, тебе будет от него жарко.

Я не поняла точного намека в тот миг, когда он это сказал, но Вик, очевидно, все осознал моментально. Он вздрогнул и схлынул с лица еще прежде, чем Бен Мейхью чиркнул зажигалкой и уронил открытое пламя ему на колени, с удовольствием наблюдая, как огонь медленно охватил плотную джинсовую ткань.

Они хотят сжечь Вика заживо!

— Нет!– забыв о пушке у себя на виске, протяжно закричала я.– Нет, нет, нет, не делайте этого! Прошу!

— Пока его только припекает,– скучающе заметил Бен.– Джинса – толстый материал. Чтобы как следует прожечь ее, понадобится время, но ведь и мы никуда не торопимся?

Пламя охватило его колени и поползло вверх по бедрам. Вик, зажмурившись, протяжно закричал, и от крика его у меня на загривке встали дыбом волосы. Я почти не чувствовала веса мужского тела, которое навалилось мне на спину. Пока что Марджори только спустил бретельки моего платья и больно укусил за шею сбоку. От укуса этого я и очнулась, начав брыкаться – а до того, не в силах даже пошевелиться, смотрела, не отрываясь, только на Вика, охваченного разгорающимся пламенем. Пока еще оно было слабым и лизало джинсы, но если перекинется на рубашку… или на волосы… он вспыхнет, как факел.

Боже, только не это!

Бен рассмеялся и повернулся к Хупу, чтобы взять сигарету. Марджори ударом по коленям заставил меня раздвинуть их, и я яростно закричала, не думая, что он делает со мной: я хотела вырваться, чтобы помочь Вику, но меня держали очень крепко. Слова Мейхью доносились до меня как из-под воды, заглушаемые стонами Вика:

— Я сразу сказал, что знаю, кто этот ублюдок. Как видите, мы его нашли. Но, надо сказать, он хитер. И…

Внезапно послышался странный треск. Ни я, ни они не поняли сразу, что случилось, но Вик сломал спинку стула и, силой освободив одну руку, бросился на Хупа со спины. Все произошло молниеносно. Только что он был связан – и вот уже нет. Хуп вскричал, когда Виктор Крейн, объятый пламенем, прижал его к себе и закрылся телом, когда Бен выхватил пистолет. Хуп содрогнулся от четырех выстрелов в упор, и на его клетчатой рубашке расплылись кровавые пятна. Марджори изумленно вскинул брови, развернувшись и прекратив возиться с брючным ремнем. В этот момент Вик швырнул окровавленное тело Хупа в Бена Мейхью и налетел следом, выбив пистолет из руки. Сильный пламень он сбил, комнату наполнил дым. У Вика не было при себе ничего, кроме кулаков: ими Вик и воспользовался. Он, в отличие от Бена, работал ими не так, чтобы продлить мучения. Он в один удар сломал Бену Мейхью челюсть, в другой – шею.