Книга Сладкие булочки мадам попаданки, страница 52 – Дина Нежина, Анна Пфари

В руках у меня плетёная корзинка с моими фирменными синнабонами — на случай, если захочется десерта. Так, на всякий пожарный: вдруг герцогу снова приспичит подвергнуть мою деятельность сомнению. Десертом я собираюсь его подкупить, точнее, задобрить.

Чинно сажусь на свое место. Мне особенно нравится, что сегодня на ужин похлёбка (спасибо Мастеру Уиверу и поварихе за этот сюрприз), потому что представляю, как «очаруются» мои дорогие гостьи. Ну что поделать, это реалии нашего «северного замка»

— Ваша Светлость, – кланяется повариха, появляясь в дверях с большим горшком. — Вот наша похлёбка. На копчёном окороке с овощами, как вы просили…

Стоит поварихе поставить горшок на стол, как на лицах Гардении и Люсинды читается ужас, недоумение и… возможно, мольба о спасении.

Может быть, они до последнего надеялись, что я решила их «пощадить» и сегодня будет индейка в вине или жареный фазан под соусом из трюфелей. Увы-увы.

— Это… суп? – спрашивает Люсинда, покосившись на меня. – Похлёбка, – поправляю ее вкрадчиво. – Очень питательная! Самое то для холодных вечеров.

Мачеха при этом качает головой, словно на похоронах. Мне даже становится ее немного жаль, самую малость. Но денег нет, как говорится: «Если вы хотели грандиозных приемов, то ошиблись замком».

Неожиданно Алан пробует похлебку первым, делая несколько степенных глотков. Лицо у него изначально слегка хмурое, но брови медленно ползут вверх от удивления.

— Очень даже недурно, – произносит он, отставляя ложку. – Повариха постаралась.

И тут повариха с готовностью отвечает:

— Благодарю, Ваша Светлость. Но это, признаться, рецепт от ее милости герцогини. Она поделилась, как правильно коптить окорок и в какой момент добавить крупу.

Я смотрю на Алана с невинным видом. «Ну вот, в очередной раз разоблачили мою тайную власть над кухней», — мысленно хихикаю я. Интересно, его опять злит, что я «занимаюсь делами»? Или теперь он будет более смиренным?

Алан опускает взгляд в тарелку. На этот раз гнев на его лице не проявляется – лишь легкая досада. А вот мачеха и Люсинда морщатся так, будто съели по лимону каждая, да вот только лимонов в наших краях, кажется, никто никогда не видывал.

И вдруг, когда я думаю, что основное представление уже закончено, оказывается, оно только начинается.

Люсинда вдруг кидает на Алана томный взгляд, поправляя свою розовую ленту в волосах, будто зовет его в увлекательное путешествие на край света. Щебечет:

— Ваша Светлость, вам должно быть так тяжело: расследования, замок холодный, в качестве жены – моя вздорная сестрица, – она бросает на меня красноречивый взгляд. – Позвольте помогать вам в мелочах, если захотите?

Голос сестрицы тягучий, приторно-сладкий, словно мёд пытается перелить из ложки в ложку.

Меня чуть не распирает от смеха, я отворачиваюсь, чтобы не попасться. И чуть не прикрываю рот рукой, чтоб ненароком не спросить не похлёбка ли так на нее повлияла?

Алан кашляет, пряча свое замешательство в салфетку, и бросает короткий взгляд в мою сторону. То ли ждет моей реакции, то ли надеется, что я вмешаюсь. Я же молчу, едва сдерживая рвущийся наружу смешок. Ну пускай. Оба напросились.

— Благодарю, Люсинда, – вежливо отвечает он. – Но ваша помощь мне не требуется.

И возвращается к тарелке, делая вид, что в мире не существует больше никакой проблемы, кроме похлёбки. Люсинда надутыми губами опускает глаза, решив, что «бой за мужское внимание» проигран, по крайней мере, первый его раунд.