Книга Бывшие. Во власти злейшего врага, страница 27 – Екатерина Гераскина

У меня не хватало ни смелости, ни совести остановить этот ярко-розовый ураган, который носился между вешалками и охал. У мелкой так горели глаза. Кажется, каждый бантик и рюшечка вызывает у нее бурную реакцию.

Марк, уже собранный, и одетый в костюмчик тройку, как маленький лорд, в новеньких ботинках просто болтал ногами, а потом и вовсе создал маленький мячик из Тьмы и начал перекатывать его между ладонями. Я даже засмотрелся.

Всё-таки его отец сильный маг. А вот с матерью… непонятно.

Я никогда не слышал, чтобы у людей менялась направленность магии. Спустя ещё час Марк устал катать мячик и просто подпер подбородок рукой. Я сидел точно в такой же позе. И мы даже одновременно по часовой стрелке крутили носками левой ноги.

Мы с пацаном устали сидеть, в то время как ураган по имени Мия продолжала выбираться платье и даже не запыхалась.

Платья были пышные. Но всё, что выбирала мелкая были розовые. Только темнее или светлее, если присмотреться. И туфли — розовые. И банты.

У меня случился розовый передоз.

Мне уже казалось, что я начинаю видеть единорога…

— Она всегда такая? — спросил я у мелкого.

— Угу. Такая девчонка.

— Эх… — протянул я и тут же одёрнул себя. А потом все же решил напомнить, что мы торопимся. — Мия, ну так что ты выбрала?

Мия сжимала руки на груди, растерянно бегала глазами и явно не могла решить.

— Ладно, берём всё.

— Нет, — тут же возразил Марк. — Мама не разрешает так. А то разбалуется.

Хм. И тут мелкая снова сделала эти влажные глаза. Я понятия не имел, что делать.

На выручку пришёл Марк.

— Тогда выбирай два платья. Самые… розовые из всех. И всё. Тебе хватит.

Мия так обрадовалась, что тут же сделала выбор. Хотя, по мне, они всё равно были одинаковые.

А Марк снова всё разрулил.

— Строгий ты, — заметил я.

— А из тебя девчонки будут вить верёвки, — спокойно ответил он.

Боги-и-и… Я рассмеялся — просто не смог сдержаться.

— Выходит, я что-то упустил в детстве? Поэтому из меня и вьют верёвки?

— Не знаю, — пожал плечами Марк. — Просто у тебя не было нашей мамы.

— Это точно… И как вообще можно сочетать воспитание девочки и мальчика? Да ещё и так правильно?

— Мама всё может, — снова пожал плечами мелкий. — А еще у нас есть дедушка. Он нам не родной, но мы его любим. И тот много мне рассказывает.

— Да же так? — повернулся к пацану, Мия же убежала в примерочную и уже там ее собирали.

— Он ещё говорит, что женщина вот где должна быть, — Марк сжал кулак и потряс им.

— Это как? — со смехом уточнил я.

— Я ещё не понял эту мудрость. Но дедушка сказал, что когда подрасту — сразу пойму.

— Ахахахаха… — я не удержался. Я так много не смеялся уже… да даже не помню, когда.

А потом из примерочной выскочила мелкая.

— Папочка, я такая красивая! — вдруг бросилась ко мне Мия, и я опешил.

Она обняла меня за шею. Я неловко обхватил её за плечи, затянутые розовым платьем. На голове — две ровные косички с розовыми бантиками. Тёмно-шоколадные волосы блестели, карие глаза отливали янтарём.

Вся она была воздушная и милая — в этом розовом облаке кружев.

— Спасибо тебе за платье. Оно как у принцессы.

— Это… точно, — хрипло проговорил я.

Кажется, меня сотни раз благодарили за платья и подарки.

Но никогда — вот так.

С такой искренней, неподдельной радостью.

Я погладил мелкую по голове. И сам не понял, как наклонился и поцеловал её в макушку. А потом отстранился, испугавшись собственного жеста.