Онлайн книга «Брачный приговор»
|
Брат сошёл с ума. Зачем издеваться? Ведь он, Арвид, предлагал выход — Виллем получил бы доступ к перекрёстку, и Ларите не пришлось бы страдать! Но он отказал… И тут Арвид вспомнил возглас Виллема. — Илларита беременна! — ахнул он. — Поэтому он отправил её к отцу? — Насчёт герцогини не знаю, — Жув покачал головой. — А вот Дедея — да. Горничные от неё на стену лезут, но его светлость приказал ни в чём ей не перечить и во всём потакать. — Вот как… Мысли путались, но одно становилось ясно: Виллем использовал графа де Сафир, его младшую дочь, возможно, ещё кого-то. И всё ради права распоряжаться перекрёстком! Обманывал всех. И теперь, когда духи разорвали союз, он в ярости не потому, что потерял жену, а потому что потерял контроль над графством. — Простите, милорд, мне пора, — Жув заторопился. — Но я обязательно приду ещё раз. Ночью, когда его светлость уснёт. И… — он замялся. — Попробую найти второй ключ. Тот, что от этой двери. — Спасибо, — повторил Арвид. — Уходи, пока не заметили. Жув кивнул и исчез. И снова тишина. Только вода капала где-то в углу. Да сердце билось ровно и спокойно. Арвид отпил из фляги, отломил кусок пирога и принялся жевать, глядя в сторону выхода. «Я выйду отсюда, Лари. И разберусь, что здесь происходит. И всё исправлю». Он не знал, как. Не знал, когда. Но знал одно — он сделает это. Чего бы это ни стоило Незаметно для себя он уснул. Сказалась усталость — физическая и нервная. Тело само выключилось, провалившись в тяжёлое, без сновидений, забытьё. Разбудило его ощущение чужого присутствия. Что-то тёплое, живое, наглое карабкалось по ноге, цепляясь крошечными коготками за ткань штанов. Граф открыл глаза — и в полумраке подземелья увидел прямо перед собой крысу. Большую, жирную, с чёрными бусинками глаз и длинным лысым хвостом. Она уже добралась до его живота и деловито обнюхивала складки рубашки, явно целясь туда, куда Арвид спрятал остатки принесённой Жувом еды. — А ну пошла! — рявкнул он, резко вскинув руку. Крыса шарахнулась, но недалеко. Отбежала на пару шагов и замерла, сверля его наглым взглядом. Арвид сел, огляделся — и похолодел. Десяток её сородичей сидели вокруг плотным кольцом. Они не нападали, но и не уходили. Ждали. Смотрели. Глаза их горели в темноте красноватыми искрами. «Пирог и моя кровь!» — понял он. Для голодных тварей, обитающих в подземелье, он сейчас был ходячим обедом. Арвид резко встал. Крысы шарахнулись, но опять же — недалеко. Замерли у стен, у решётки, у груды соломы в углу. Он подошёл к двери клетки, привалился спиной к холодным прутьям, наблюдая за ними. Стоило ему замереть, как самые смелые начали подбираться ближе. Одна, та самая, что лезла по ноге, сделала несколько осторожных шагов в его сторону. — Цыц! — топнул он ногой. Крыса отскочила, но не ушла. «Пока я бодрствую — они не рискнут. Но если я усну…» Он представил, как десяток голодных тварей набрасываются на него, впиваются зубами в руки, в лицо, в горло… Духи, нет. Он вытащил из-за пазухи остатки пирога — половина ещё оставалась, завёрнутая в холстину. Крысы оживились, завозились, запищали. И быстро, пока они не набросились, съел всё сам. Всухомятку, почти не жуя, проглатывая куски, давясь крошками. Запил водой из фляги. Снова хлебнул настойки девясила — для верности, чтобы окончательно прийти в себя. |