Книга Монолог фармацевта. Книга 1, страница 105 – Хюганацу

* * *

«Неужели отравитель прячется в Гранатовом дворце?» – недоумевала Маомао.

Девы-чиновники в Нефритовом дворце несли службу ревностно, на зависть всем, однако и в Гранатовом дворце не меньше радели о хозяйстве. Здесь все души не чаяли в наложнице Адо.

Особым прилежанием отличалась старшая прислужница Фэнмин. Стоило ей заметить где-нибудь пыль, как она спешила сама стереть ее, хотя ничто не мешало дать поручение младшим служанкам. А ведь она дева-чиновник высшего ранга, стоящая над всеми в Гранатовом дворце! Даже трудолюбивая и расторопная госпожа Хун-нян не снисходила до пыли и оставляла уборку младшим прислужницам.

«Вот бы показать этим пустозвонкам из Хрустального дворца, как нужно трудиться!» – не без ехидства подумала Маомао.

В отличие от наложницы Адо, у наложницы Лихуа не задалось с личной прислугой. Подле нее собралась целая толпа, но сугубо потому, что все они несли службу спустя рукава. Зато ее девицы были остры на язык не по летам, отчего никому не хотелось иметь с ними никаких дел. С другой стороны, управлять такой обширной свитой – еще один долг наложницы, и в этом смысле госпожа Лихуа доказала, что у нее достаточно ума и сноровки, чтобы быть достойной высшего ранга.

Только беззаветная преданность своей госпоже может подтолкнуть к убийству. Наложницу Адо собираются в скором времени лишить должности шуфэй, поскольку некий влиятельный сановник желает ввести во дворец свою дочь. Если мест всего четыре, то кого императору низложить, если не госпожу Адо? Однако если исчезнет какая-нибудь другая подруга-фэй, тогда положение шуфэй разом переменится.

Если наложниц Гёкуё и Лихуа император посещает часто, то к наложнице Лишу он даже не заглядывает. Быть может, именно потому ее личные прислужницы ни во что не ставят свою госпожу.

«Все-таки владыка любит пышнотелых», – догадалась Маомао.

В отличие от обычаев, принятых императорским двором во времена покойного отца императора, государь оказывает знаки внимания лишь женщинам пышным и вполне созревшим, о чем говорит выбор наложниц Гёкуё и Лихуа, а также всех тех, кто занял другие ранги. Что до наложницы Лишу, то она совсем не подходит своей должности и не способна исполнять обязанности супруги. Впрочем, это и к лучшему, считала Маомао. Пусть госпожа Лишу достигла брачного возраста, но выносить и родить ребенка так рано – крайне тяжкое бремя для юного тела. Даже в Малахитовом чертоге молодые служанки, окончившие обучение у девушек для утех, начинают принимать гостей лишь с восемнадцати лет. Так хозяйка заботится о том, чтобы ее воспитанницы тщательно переняли мастерство и притом как можно дольше послужили заведению.

Припомнив, до чего доходило во времена прежнего императора, Маомао ощутила подкатывающую дурноту. Перед глазами стояла вдовствующая императрица, которой пришлось родить нынешнего императора в весьма юном возрасте. От одних обстоятельств и прежнего уклада тех времен становилось тошно. И Маомао показалось закономерным то, что кто-то не желает видеть среди наложниц высшего ранга не пригодную к службе госпожу Лишу.

Вот такие мысли вертелись, словно колесо водяной мельницы, в голове Маомао, пока она разбирала полки в кладовой. В одном из шкафов она вдруг обнаружила множество маленьких горшочков, от которых шел яркий сладостный запах.