Книга Тринадцатый. Мой любимый номер, страница 88 – Верона Виера

— Эта неделя предпоследняя в четверти. Постарайся не пропускать контрольные.

Протягиваю объяснительную, и кладу ручку рядом с папками на стол. Директриса даёт короткое напутствие, делая вид, что читает всë, что я написала.

— Я могу идти? – спрашиваю, вдруг она ещë не всё сказала.

— Иди.

Я разворачиваюсь в сторону выхода и, глубоко вздохнув, прикрываю на мгновение глаза. Сегодня мне везёт. Улыбнувшись сама себе, я выхожу за дверь, а попрощавшись с секретаршей, во вновь тихий коридор. Замираю. Лёша сидит на подоконнике, а рядом с ним стоит Макс. Они что-то тихо обсуждают. Пока они меня не видят, я делаю чрезвычайно грустное и серьёзное лицо, в надежде их немного разыграть.

Иванов, заметив меня, спрыгивает с подоконника и они оба с не менее серьёзными лицами ждут, когда я подойду.

— Вы почему не на уроках? – строгим учительским голосом интересуюсь.

— Мы это… переживаем.

Иванов кротко пожимает плечами и делает шаг навстречу, но Макс его опережает.

— Ну что? – он всматривается в моё лицо.

Я опускаю взгляд, изображая вселенскую печаль.

— Да ну нафиг! – не выдерживает Макс, – я сейчас с ней поговорю.

Он решительно меня обходит, не дав возразить.

— Макс, – оборачиваюсь, зову, чтобы остановился. – Я пошутила.

Он тормозит и стремительным шагом возвращается ко мне, заключает в объятия. Я обнимаю в ответ и улыбаюсь его внезапному, но очень приятному порыву.

За спиной слышу облегчëнный возглас Иванова:

— Ну и шуточки у тебя Морошка. Я аж поседел, видишь?

Но я не вижу. Макс меня не отпускает, поэтому бубню в сторону:

— Меня оставили до первого проступка. Всë хорошо!

— Я рад, очень рад, – шепчет Макс, но всё равно не отпускает.

Слышу, как часто стучит его сердце и, чтобы успокоить, прижимаюсь сильнее.

— Э, может отпустишь уже? – ворчит Максу за моей спиной Тринадцатый.

Терпеливо выдохнув, Макс убирает руки, а я с идиотской улыбкой на лице смотрю ему в глаза.

— Иванов, Мирошина, Барсуков – вы почему не на уроках? Живо по своим кабинетам.

Из дверей десятого класса выглядывает наша Анасасия и мы втроëм, хихикнув, расползаемся в стороны.

Макс сворачивает в свой кабинет, а мы с Ивановым в наш.

— И часто вы так обнимаетесь? – Тринадцатый косится на меня прежде, чем открыть.

Я лишь загадочно улыбаюсь и стучу костяшками по двери. Продолжая сверлить меня взглядом, Лёша распахивает дверь и строгий взгляд историни стирает мою улыбку.

— И где вас носит сладкая парочка, м? Урок уже как десять минут начался.

— Мы были у директора, простите за опоздание.

Мямлю в наше оправдание, стараясь не смотреть на Иванова. Пусть немного помучается.

Недоверчиво глянув на нас обоих, историчка стоит у доски и указкой стучит по ладони.

— Ладно, садитесь. Продолжаем.

Плюхаюсь за парту и, стараясь не шуметь, я достаю из рюкзака тетрадь и учебник по истории. Иванов делает то же самое, и как бы невзначай задевает своей рукой, а потом внимательно смотрит мне в глаза, ищет в них что-то.

— Что? – распахнув их, спрашиваю шепотом.

Не понимаю, чего он от меня хочет. Иванов снова лезет в рюкзак и кладёт телефон на край моего стола, а потом делает вид, что внимательно слушает учителя.

Я тоже. Только боковым зрением замечаю, как он часто на меня отвлекается. И вижу, что остальные одноклассники то и дело отвлекаются на нас.