Книга Причина остаться, страница 71 – Рита Вертер

Игра тянулась бесконечно долго. Пришлось принести из бара три бутылки бурбона, который улетел с молниеносной скоростью, словно все присутствующие мечтали не куш сорвать, а налакаться как можно скорее.

— Мисс, будьте добры, стакан воды, – спустя час сказал Томпсон, заставив меня замереть с бутылкой в руках.

О, черт, я помнила этот тон. Опустив пониже рукава рубашки, я плеснула ему воды и бочком подошла к столу. Сидящий справа от него грузный парень в бейсболке вполне мог сгодиться в качестве преграды на случай, если он вновь захочет поцеловать мою руку и брякнуть какую-нибудь нелепицу насчет того, что я приношу ему удачу.

— Поближе, мисс. – Томпсон любезно улыбнулся мне, не удосужившись даже вытянуть как следует руку, чтобы взять стакан.

— Пожалуйста, – буркнула я, бросив быстрый взгляд на другой край стола, где сидел Аксель.

Он смотрел в свои карты, не на меня.

— Принесете мне удачу сегодня, а? – игриво поинтересовался Томпсон.

Несмотря на расслабленный вид, я заметила, что платок криво торчит из нагрудного кармана его пиджака, а на лбу выступила испарина, и поняла, что он не то тянет время, не то пытается отвлечь оппонентов разговорами. Впрочем, вряд ли в покере требовалась такая сосредоточенность: насколько я могла судить, все зависело от удачной или неудачной комбинации на руках и столе, а вовсе не от того, отвлекались игроки на что-то или нет.

— Как знать… – Я подернула плечами, умудрившись поставить стакан рядом с ним так, чтобы не допустить ни малейшей возможности соприкоснуться.

— О, мисс Смит, должно быть, поддерживает Акселя, – неожиданно громко, чтобы услышали все, сказал Томпсон. – Я ужасно огорчен.

— Да неужели?

Только глухой не уловил бы в моем голосе сарказма. Несколько угрюмых игроков с любопытством обернулись в нашу сторону и теперь внимали каждому слову. Даже за соседним столом разговоры стихли.

— Вы разбиваете мне сердце, Эмма, – театрально вздохнул Томпсон. – Но я рискну пойти ва-банк. – И он деловито выдвинул три стопки своих фишек в центр стола.

— Пас.

— Пас.

— Пас.

— Пас.

— Принимаю.

Аксель поддержал ставку своими фишками. На кону, по моим подсчетам, было около трех тысяч долларов. С замиранием сердца и, кажется, даже слегка приоткрытым ртом я ждала. Все ждали.

Аксель открыл карты. По комнате пронесся изумленный вздох.

— Что ж… – Томпсон достал платок и промокнул лоб.

Затем он одним нарочито медленным движением запястья перевернул свои. На какое-то мгновение повисла удушающая, тревожная тишина, а затем игроки и наблюдатели взорвались криками, поздравлениями и свистом.

— Флеш-рояль, господа, – подмигнув мне, – и дамы.

Я перевела взгляд на Акселя. Его лицо было непроницаемой маской. Томпсон потянулся вперед, чтобы забрать свою добычу. Он улыбнулся, а затем тихо, почти сочувственно произнес, глядя прямо ему в глаза:

— Не везет в игре – повезет в любви.

Не знаю, услышал ли его Аксель, но я услышала.

Боже, он проиграл столько денег!

Мое раздражение за выходку Акселя на парковке сменилось жалостью.

Был объявлен перерыв на «отлить», по словам какого-то доходяги, и «докупить», по словам Томпсона. Аксель сидел на своем месте молча, ничем не выдавая злости или горечи поражения. Его лицо слегка побледнело. Он словно нарочно краем глаза улавливал, в какой части комнаты я нахожусь, и избегал даже на дюйм повернуться в ту сторону. Меня отправили к Фоксу за пивом, и некоторые игроки вышли тоже – кто к бару за новой стопкой фишек, кто на улицу «подышать».