Книга Использованная жена дракона. Дети без имени, страница 27 – Майкл Скофилд

— Так можно говорить?

— Нет, — автоматически сказала Ирсена.

Ровен уже двигался к двери.

— Я отправлю гонца.

— Поздно, — сказал Эймар.

Все обернулись.

Мальчик сидел очень прямо. Глаза снова посветлели вокруг зрачка.

— Она уже знает.

Ирсена почувствовала, как в комнате стало холоднее.

Ровен подошел к сыну медленно.

— Что ты чувствуешь?

Эймар сжал книгу.

— Не ее. Бумагу. Много слов. Черная печать. Люди едут.

— Сюда? — спросила Ирсена.

Он покачал головой.

— Не знаю. К дороге. Там, где камни красные.

Ровен резко выпрямился.

— Красный перевал.

— Сколько туда? — спросила Ирсена.

— Если выступить сегодня, к вечеру будем у нижнего тракта. Завтра к полудню — перевал.

— А люди Вейры?

— Если они вышли из северной крепости вчера, встретят нас там.

Саяна спрыгнула со скамьи.

— Значит, не поедем!

Ровен посмотрел на Ирсену.

— Есть другой путь. Дольше на два дня. Через старые охотничьи земли.

— Опаснее?

— Да.

— Для кого?

Он понял вопрос.

— Для всех. Но для вас меньше, чем встреча с людьми Вейры на перевале.

Ирсена подошла к окну.

На улице Рахш снова притворялся обычным. Староста разговаривал с двумя шахтерами. Женщина несла воду. Кто-то правил колесо у телеги. Но все двигались настороженно, будто город стал кожей, чувствующей чужое прикосновение.

Она могла еще отказаться.

Могла взять документы Амуна и уйти.

Могла сказать Ровену: разбирайся с Вейрой сам, а я снова исчезну.

Но Вейра уже знала. Совет скоро узнает. Другие ветви узнают следом. Исчезновение больше не вернет детям безопасность. Только отложит охоту.

— Мы едем сегодня, — сказала Ирсена.

Саяна открыла рот.

— Но…

— Не в замок. Пока не в замок. По охотничьей дороге. Ровен даст публичное слово здесь, в Рахше, потом поведет нас так, чтобы обойти людей Вейры. Если на пути будет хоть одна закрытая повозка, хоть один лекарь рода или хоть один намек на разделение детей — мы уходим.

Ровен кивнул.

— Согласен.

Саяна смотрела на мать так, будто та предала все их вчерашние страхи.

Ирсена подошла к ней и присела.

— Ты думаешь, я веду тебя к ним.

Дочь молчала.

— Я веду тебя за твоим именем, Сая. За твоим и Эймара. Не потому что оно нужно вам для гордости. А потому что без него они смогут каждый раз придумывать, кто вы. Опасные. Незаконные. Украденные. Ошибка. Я хочу, чтобы когда-нибудь ты вошла в любой зал и никто не посмел решить за тебя, как тебя называть.

Саяна моргнула.

Один раз.

Потом спросила:

— А если мне не понравится их имя?

— Тогда выберешь, как носить свое.

Эймар тихо сказал:

— С именем легче быть настоящим.

Ирсена посмотрела на сына.

Он иногда говорил такие вещи, что у нее болело сердце.

Саяна подошла к нему и взяла за руку.

— Ладно. Но если они будут плохо говорить о маме, я…

— Голосом, — напомнила Ирсена.

Дочь вздохнула.

— Я голосом скажу, что они гнилые.

— Лучше подберем другое слово.

— Потом.

На этот раз Ровен все-таки почти улыбнулся.

Почти.

Ирсена заметила и отвернулась.

Пусть не привыкает.

Через час Рахш собрался на площади.

Не по приказу. Из любопытства, страха, благодарности и той странной жадности, с какой люди смотрят на чужую судьбу, если она слишком велика для их улиц.

Ровен стоял у колодца. Его люди — позади, без шлемов, с открытыми руками. Дракон оставался за городом, но его тень время от времени проходила по дальним соляным стенам, когда он двигал крыльями.