Книга Использованная жена дракона. Дети без имени, страница 26 – Майкл Скофилд

Ровен стал совсем неподвижным.

Вот оно.

Первые четыре условия были тяжелыми, но возможными. Пятое било в самую суть: признать право Ирсены уйти с наследниками, если Таргарды повторят старое.

— Если совет попробует забрать детей, — сказал он медленно, — я остановлю совет.

— А если не сможешь?

— Смогу.

Ирсена усмехнулась холодно.

— В прошлый раз ты тоже был лордом Таргардом.

Это было жестоко.

И нужно.

Ровен принял и это.

— Если я не смогу, — произнес он, и каждое слово, кажется, давалось ему с усилием, — я не остановлю тебя.

Эймар поднял глаза.

— Правда.

Ирсена посмотрела на сына.

Потом на Ровена.

— Хорошо.

— У меня тоже есть условие, — сказал Ровен.

Саяна сразу вспыхнула:

— Вот!

Ирсена подняла ладонь.

— Говори.

— По дороге вы не уходите без предупреждения.

— Это приказ?

— Просьба.

Слово легло в комнату непривычно.

Ровен и сам, кажется, почувствовал, как оно звучит в его устах. Неуверенно. Слишком просто для человека, привыкшего к власти. Но он не забрал его обратно.

— Если ты решишь уйти, — сказал он, — скажи мне. Я не прошу объяснять. Только скажи. Иначе я не буду знать, защищать вас или искать.

Ирсена смотрела на него.

В просьбе была ловушка? Возможно.

В просьбе была правда? Тоже возможно.

Самое неприятное в Ровене сегодняшнем было то, что он не давал ей удобного чудовища. Чудовище можно ненавидеть без сомнений. А перед ней стоял человек, виноватый, сильный, опоздавший, но не пустой.

— Я не обещаю доверять, — сказала она.

— Я не прошу доверия.

— Тогда что?

— Предупреждения.

Она подумала.

— Хорошо.

Саяна возмущенно уставилась на нее.

— Мама!

— Я сказала «предупреждения», не «разрешения».

Дочь подумала и чуть успокоилась.

Ровен повернулся к Эймару.

— А ты? У тебя есть условие?

Мальчик растерялся.

Ирсена тоже.

Никто в мире Таргардов, насколько она помнила, не спрашивал детей об условиях.

Эймар опустил взгляд на книгу, провел пальцем по потертому углу.

— Не кричать на Саяну, когда она горит.

Саяна резко покраснела.

— Я не горю!

— Горишь, когда злишься.

— Сам ты молчишь, когда страшно!

— Да, — тихо сказал Эймар.

Дочь осеклась.

Ровен смотрел на них так, будто каждое их слово впивалось в него отдельно.

— Не кричать, — повторил он. — Обещаю.

Эймар кивнул.

— И не говорить, что мама виновата.

Ровен ответил не сразу.

— Не буду.

— Даже если другие скажут?

— Особенно тогда.

Мальчик еще немного смотрел на него, потом спрятался за книгой, будто разговор закончился.

Саяна скрестила руки.

— А мое условие: если в замке будет кто-то вроде той женщины…

— Вейры, — сказала Ирсена.

— Если Вейра подойдет к нам ближе чем на два шага, я могу сказать ей, что она пахнет железом.

Ровен вдруг очень медленно повернул голову к Ирсене.

— Что?

Ирсена поняла: Саяна повторила вчерашнее не случайно.

— Она почувствовала ложь Вейры, — сказала Ирсена. — Еще до встречи.

Лицо Ровена изменилось. Не сильно, но достаточно. Власть ушла, осталась тревога.

— Вейра не в замке.

— Где она?

— В северной крепости. После слуха о пламени я отправил ее туда проверить старые ветви.

Ирсена рассмеялась.

Тихо.

Без веселья.

— То есть человек, который уже однажды похоронил меня на бумаге и, возможно, не только на бумаге, сейчас проверяет сведения о возможной новой ветви?

Ровен выругался сквозь зубы.

Саяна заинтересованно подняла брови.