Книга Цветы для ведьмы, страница 65 – Фиона Моран

— Хорошо, — неловко пробормотал Ян.

Резко отступив на шаг, она отвернулась, стараясь скрыть пунцовое лицо, и принялась нервно дёргать край грязного платья. В комнате повисла тишина.

— Что теперь? — спросил он. — Что нам делать дальше? Как её… оживить?

Герда, опустив глаза на свои грязные руки, перевела взгляд на сестру, затем снова на Яна и медленно покачала головой.

— Нужно... нужно согреть её.

У стола зашуршали сухие корешки — добравшись до глиняных мисок, она начала перебирать запасы трав.

— Воды, — бросила она, не оборачиваясь. — Чистой воды. И дров… только самых сухих, чтобы не чадили. Нужна чистая миска. Тряпки. Всё, что найдёшь тёплого, то и нужно.

Кивнув, Ян направился к выходу. Но стоило пальцам лечь на засов, как из глубины комнаты раздался звук, от которого по спине пробежал холодок. Громкий, сухой треск.

Сухая трава вывалилась из пальцев Герды прямо на земляной пол. Оба они застыли и одновременно обернулись к печи.

Дарена больше не лежала спокойно. Её пальцы скрючились, ногти с силой впились в брошенные на полу шкуры. С треском грязные ногти рвали плотную кожу и мех, выдирая ворс клочьями. Веки женщины задрожали и резко распахнулись. Зрачки сначала метались из стороны в сторону, ловя блики огня, но затем остановились на Яне. Он замер у двери, прижавшись спиной к косяку.

Белесая пелена с её глаз ушла. Зрачки расширились так сильно, что поглотили радужку, сделав глаза полностью черными. Живот Яна скрутило — женщина смотрела на него с животным страхом.

Дарена, шатаясь, встала. Едва её босые ноги коснулись пола, как глаза ослепило от яркой вспышки — вокруг неё сразу загорелся золотой свет. Тысячи мелких искр закружились в воздухе. Вместо ожидаемого тепла по ногам мгновенно потянуло ледяным сквозняком. До ушей донесся громкий треск искр, напоминающий гул рассерженного роя ос.

Обе руки быстро взлетели на уровень лица, защищая глаза от летящего света. Попытка крикнуть Герде сорвалась — в горле полностью пересохло.

Сквозь щели между пальцами было видно, как Дарена замерла, готовая в любую секунду нанести удар.

Золотой свет, гудящий вокруг Дарены с громким писком, начал осыпаться, падая мелкими искрами, и каждая из них со злобным шипением гасла, касаясь пола. В избе остался едкий запах горелой древесины, от которого першило в горле. Дарена обмякла, ноги подкосились, и она повалилась на доски лицом вниз.

По щеке Яна медленно катилась капля пота. Она щекотала кожу, прошла через щетину, стекла на подбородок, но он даже не пошевельнулся, чтобы вытереть ее. Воздух в комнате все еще мелко дрожал, а в ушах стоял тонкий звон. Ян крепко вцепился пальцами в косяк — дерево на нем дымилось, и этот жар до сих пор обжигал ладонь. Ян с ужасом осознал — если бы он не отскочил секунду назад, то сейчас лежал бы там обугленным куском мяса.

Герда оказалась возле сестры раньше, чем Ян успел моргнуть. Бросилась на пол, больно ударившись коленями, и грубо схватила Дарену за острые плечи. Сквозь дырявую ткань Ян видел, как выпирают кости: Дарена казалась совсем легкой, точно высохшая птица. Даже хуже Герды, когда он только ее встретил.

— Дыши… — голос Герды стал тоненьким.

Она встряхнула сестру. Голова Дарены мотнулась из стороны в сторону.

— Дыши, родная, дыши. Всё позади. Здесь только мы. Никто тебе не навредит. Слышишь меня? Никому больше не позволю.