Книга Черная невеста, страница 93 – Мария Покусаева

Дядя Оливер тоже был здесь – стоял у изящной этажерки, полной фарфоровых статуэток и дорогих чашечек, тонких и легких, словно их сделали из кости. Он услышал слова жены, и уголок его губ дернулся.

Флоренс потупилась и кивнула. Лимонные тарталетки и чай появились перед ней быстрее, чем она успела рассмотреть всех собравшихся.

Матильда сидела в углу, листая что-то в обложке от «Великолепной графини: руководства по домоправлению для благородных дев». Леди Тулли делила диванчик с Дженни и еще одной почтенной леди, которую Флоренс видела, но не запомнила имени и фамилии – то ли Фэрфакс, то ли Фоксглоу. В отличие от леди Тулли, эта дама была худой и высокой, но Дженни между ними все равно выглядела зажатой. И недовольной.

Лорд Дуглас, причина ее недовольства, тут тоже был – стоял сбоку от леди Тулли, подтянутый и красивый. Флоренс, к которой, к счастью, никто не спешил приставать с неуместным любопытством, тайком наблюдала за ним и кузиной, которую лорд Дуглас, казалось, намеренно игнорировал.

Жестокосердный!

Второй юноша, сын леди Тулли – имени его Флоренс тоже не помнила, хотя совсем недавно была в гостях и сидела с ним рядом за обедом, – по большей части молчал и краснел, когда матушка просила его о чем-то или с восторгом рассказывала о его успехах в академии. Форменный китель сидел на нем хорошо, не так, как модный сюртук на лорде Дугласе, но Флоренс вдруг подумала, что сын леди Тулли был бы хорошей партией для нее: юноша из достойной семьи, ровесник, без шлейфа слухов и дурной репутации.

Интересно, задумывался ли об этом дядюшка?

Флоренс погрузилась в свои мысли, совсем не заботясь о том, как может быть истолкован ее отсутствующий взгляд. Скорее всего, леди Кессиди, да и все остальные, спишут это на усталость. И будут правы.

Следить за беседой, не вовлекаясь в нее, было тяжело, не следить – еще тяжелее. Минутная стрелка на больших часах в углу комнаты двигалась издевательски медленно, разговоры были совершенно пустые. Дядя Оливер отбыл положенные четверть часа вежливости и сбежал, сославшись на важные дела.

У Флоренс дел не было. Она знала, что может уйти, – нужно только доесть тарталетки и допить чай, улыбнуться и извиниться за то, что покидает столь приятную компанию, сослаться на головную боль. Не пришлось бы даже врать: от усталости голова отяжелела. Но сил не хватало даже на то, чтобы принять это решение, и Флоренс просто сидела рядом с леди Кессиди, грея руки о чашку.

Леди Тулли болтала о погоде. Леди Кессиди поддерживала ее, задавая иногда вопросы об общих знакомых – тех, кого встречала на прогулках в парках. Леди Фэрфакс или Фоксглоу помалкивала, пока к ней не обращались напрямую, Матильда читала, а Дженни злилась – даже на сына леди Тулли, который по настоянию матушки предложил ей свежий чай.

— Я устала от чая, – бросила она с вызовом. – В последнее время он кажется мне каким-то… безвкусным. Матушка, может быть, нам стоит попросить экономку проверить, где его покупают?

Леди Кессиди удивилась.

— Правда? – спросила она, будто не уловив в словах дочери ничего подозрительного. – Я не заметила.

— А я заметила, – настаивала Дженни. Глаза ее горели упрямством и хитростью. – В этом доме многое стало безвкусным, и чай не исключение. Как вам, леди Тулли? – Она повернулась к собеседнице и одновременно к лорду Дугласу. – Не кажется, что чего-то недостает?