Книга Радио «Морок», страница 34 – Татьяна Мастрюкова

— Где гопник?

— Да вот же парень стоит, — прошипела Леся, тыча пальцем в нужном направлении, искренне уверенная, что делает это незаметно.

— В упор не вижу. — Мама пожала плечами. — Честно.

Мы с Лесей переглянулись.

Парень сплюнул себе под ноги, развернулся и вразвалочку ушел за забор. Если там и была калитка, то очень удачно замаскированная. Шпион! Ну или маньяк.

Но как мама могла его не увидеть? И она не обманывала, я точно знаю. Скорее всего, этот местный пялился на маму все время, пока она ждала нас у магазина. Неужели она не почувствовала его взгляд?

От осознания этого мне опять стало неприятно, неуютно — какое-то непроходящее ощущение от Жабалакни, практически без повода...

Тут Леся толкнула меня локтем в бок и глазами указала на маму. Та стояла бледная и кончиками пальцев потирала виски, сдвинув очки на лоб. Пакет с продуктами болтался на сгибе локтя, но мама будто не замечала неудобства. Ну, все ясно. Мигрень усилилась, а она отказывается это признавать.

Мама и с папой старалась не спорить лишний раз, даже если была права, потому что потом у нее обязательно начинался приступ. Смотреть на нее в такие моменты было больно. Из-за сильных головных болей у мамы даже появилась седая прядка над правым глазом, но об этом знали только мы и мамин парикмахер.

Я уже говорила, меня ее уступчивость иногда подбешивала, — пока я не вспоминала, что тому причиной. Когда с чужими людьми были конфликты, например, то их всегда разруливал папа, а сейчас некому было, только мы да мама. И таблетку она вовремя не приняла.

Я в таких ситуациях всегда хочу помочь, но вообще без понятия как. Теряюсь сразу. А иногда мне кажется, что мама сбегает от проблем в мигрень, лишь бы ничего не решать. И это меня немного раздражает.

В конце концов мама сдалась.

— Так, девочки-припевочки, я, пожалуй, в дом пойду. Продукты отнесу, поищу таблетки. Очень надеюсь, что найду, поскольку что-то я сильно сомневаюсь, что здесь есть аптека... В любом случае прилягу.

— Что, прямо на это постельное белье? — скривилась Леся.

Я закатила глаза. Мама устало пожала плечами:

— Да, на это. Особо раздеваться не буду, конечно. Может, наконец, эту неуловимую Изосимиху застану. Надо же, жену так называть! Как какую-то древнюю бабку чужую. Изосимиха... Или это фамилия, что ли, такая? Все равно... — Мама очень аккуратно покачала головой, выражая недоумение. — А вы можете погулять, если хотите.

— Мы не хотим! — выпалила Леся, не успела я и рта раскрыть. — Мы лучше с тобой сидеть будем, пока папа не приедет. Я вообще люблю дома сидеть. Ходить еще неизвестно где…

— Мы хотим! — с нажимом сказала я и выразительно посмотрела на сестру. Я правда с удовольствием пошаталась бы по деревне. Но одной скучновато.

— Да, Леся. Инка права. Совершенно ни к чему сидеть в помещении, когда можно погулять. Главное, будьте осторожны, девочки. Ну что я вам говорю, вы и сами знаете... Смотри, Лисенок, какая погода хорошая. И свежий воздух очень полезен для организма. — Зная, как Леся помешана на экологии и здоровье, мама применила хитрую тактику.

Я чуть было не добавила, что в нежилом домике, где мы разместились, запросто может вольготно жить плесень со своими опасными спорами, но вовремя промолчала. Иначе сестра даже порог дома не переступила бы и осталась ночевать на улице. А еще неизвестно, сколько нам здесь папу ждать!