Книга Доктор Фальк и убийства под парусом, страница 10 – Игорь Евдокимов

— Простите, Александр Петрович, это был риторический вопрос, – смутился доктор. – Но я бы все-таки предположил, что пили из бокалов. Это как минимум удобно. Но если так, то вот у нас две бутылки – и ни одного бокала.

— Погодите-ка, – сказал урядник и вернулся к одному из шкафов. Внутри, закрепленные медной на вид направляющей, висели несколько бокалов. Один из них, похоже, разбился во время качки – он выглядел щербато, а на дне полки лежали осколки. И все равно было заметно, что бокалы висят слишком свободно, словно нескольких не хватало.

— И куда же они подевались? – вслух вопросил Сидоров. – Их что, смыло вместе с командой?

— Хороший вопрос, Александр Петрович, – заметил Фальк. – Ну, полагаю, вы осмотрели все, что могли. Может, переместимся в яхт-клуб?

Урядник тоже заметил, что внутри каюты было холодно и сыро, и ноги в носках успели здорово замерзнуть.

— Согласен, – кивнул он. – Я бы выпил там… Горячего чайку.

— И никто бы вас за это не осудил, – кивнул Фальк. Сидоров на фоне большинства коллег выглядел ходячей иллюстрацией к памятке полицейскому уряднику, предписывающей «вести жизнь честную, трезвую и ни в чем не зазорную не только на службе, но и вне оной». А потому при исполнении Александр Петрович не пил никогда, а на отдыхе позволял себе от силы одну стопочку по праздникам. Хотя в холодные и дождливые дни вроде сегодняшнего даже ему хотелось бы отведать чего-то более согревающего.

Василий Оттович уже поднялся с дивана и собрался направиться к лестнице, когда его взгляд случайно зацепился за непонятный предмет, забившийся между сиденьем и спинкой.

— Александр Петрович, буквально одну минутку, – попросил Фальк и с помощью щипцов, которые так и не убрал в саквояж, вытащил странную вещицу на свет божий. Это оказался спутанный комок волос или шерсти, да еще и мокрый на вид.

— Василий Оттович, это что еще за штука? – брезгливо поморщился Сидоров, разглядывая находку.

— Если откровенно – не имею ни малейшего понятия, – признался Фальк.

Свой яхт-клуб обитатели Зеленого луга нежно любили, не уставая им гордиться и ставить в пример соседям. Шутка ли, открыли его в 1906 году, опередив и Сестрорецк (который мог похвастаться только парусным кружком, хотя и весьма солидным), и финские Терийоки, где здание для яхт-клуба еще только строилось. В общем, здесь Зеленый луг утер нос более именитым конкурентам.

Вдохновителем идеи и командором стал отставной контр-адмирал Михаил Всеволодович Всеволжский – благообразный седобородый мореход, внешне чем-то напоминающий композитора Чайковского. В Зеленом луге он проживал круглогодично и очень скучал по службе – жена у него умерла, а с сыном они, по слухам, разругались относительно будущей карьеры – сердце юноши, по словам отца, не лежало к службе, а его творческих пристрастий не одобрял сам контр-адмирал. Посему Всеволжский даже хотел восстановиться на службе, когда разразилась Русско-японская война, однако вакансий, сообразных его чину и выслуге лет, не нашлось. Михаилу Всеволодовичу оставалось лишь с болью следить за падением Порт-Артура (где он успел послужить) и катастрофой Цусимы. Шестнадцатого мая, когда бывшие сослуживцы раньше всех газет сообщили Всеволжскому о гибели эскадры (и многих его учеников), старому контр-адмиралу стало плохо. Ближайшим доктором оказался Василий Оттович. Он сам лишь месяцем ранее вернулся на родину после Мукденского сражения и безвылазно сидел на даче, пытаясь прийти в себя после увиденного и пережитого. В те дни узнать Фалька было сложно: он весь зарос бородой, был худ и мрачен, а вопрос внешнего вида заботил его в последнюю очередь. Но в каком бы раздрае ни находилась его психика, врачебные навыки Василия Оттовича оставались в полном порядке, поэтому Всеволжского он буквально спас, примчавшись к тому по первому зову.