Книга Чёрная Роза. Кавказский брак, страница 29 – Лика П.

Мансур подъехал к дому и припарковался у ворот. Обошёл машину, взял с пассажирского сиденья благоухающий букет и ювелирное украшение. «Надеюсь, ей понравится», — размышляя, он пошёл к калитке.

— Доброе утречко тебе, Мансур джан! — выкрикнула соседка через дорогу и, заметив в его руках огромный букет, тут же поспешила к нему. Он обернулся на оклик.

— Доброе, Гульнара, — поприветствовал Мансур её.

— Не устаю восхищаться, какого же всё-таки красивого и достойного парня воспитала Зейнаб, — улыбалась соседка, глядя на высокого и крепкого Мансура, но взгляд то и дело стрелял на букет и ювелирное украшение.

— Благодарю, Гульнара. Передавайте привет родным, — сказал Мансур, дав понять, что он торопится, и уже повернулся, чтобы открыть калитку, но от Гульнары не так просто уйти.

— Конечно, передам. А ты букет-то чего купил, у Зейнаб что, клумбы завяли? — вскинула она в любопытстве брови.

— Нет. С клумбами всё в порядке, — сдержанно ответил он, медленно обернувшись, продолжив сжимать ручку от калитки, за которую успел схватиться.

— Вах! Жаль мне тебя, Мансур джан, ты ж на моих глазах рос. Погубит она тебя, как пить дать, погубит! — сказала соседка и посмотрела на него с сочувствующим видом. Мансур понял — речь о его жене и полностью обернулся к соседке.

— Я вам скажу по-доброму и только раз: если услышу, что вы или кто-то другой будет чернить мою жену, пеняйте на себя, — хмуро предупредил её.

— Да что ж ты такое говоришь, да разве ж я тебе плохого хочу? Весь посёлок же знает, кто такая эта Розка.

— А ну не сметь, — рыкнул Мансур. — Роза — моя жена, запомните раз и навсегда. Я всё сказал, — он резко развернулся и открыл калитку, рванув её на себя.

— Не сердись на меня, Мансур джан, я ж это для тебя… — но слова соседки утонули, растворившись в воздухе, и он её уже не слышал.

Дойдя до середины двора, остановился, заметив движение у клумб. Увидел, что это его жена, и, нахмурившись — больше от удивления — неторопливым шагом пошёл к ней, будто не мог поверить, что это действительно Роза.

— Ай… — пискнула она, сидя на корточках.

— Поранилась? — осторожно спросил он, приблизившись. Роза вздрогнула, встала и зачем-то схватила метлу. От резкого движения её немного повело в сторону. Реакция Мансура была молниеносной: он поймал жену за талию и притянул ближе. Она выронила метлу из рук, и та с характерным стуком упала на плитку.

— Укололась шипом розы… колючие такие, — она попыталась улыбнуться. В целом ситуация для неё была нестандартной. Лицо Розы зарделось от неловкости. Не знала, как вести себя с Мансуром.

— Ты настолько трудолюбивая, что в первый наш день решила, — он окинул взглядом свежезаметённый двор, — начать со двора?

— Я… я… просто не знала, чем могу быть полезна, и… и решила… начать отсюда, — промямлила она, уводя взгляд в сторону от пронзительного взгляда Мансура. Он продолжал удерживать её за талию. И, конечно же, достаточно был умён, чтобы различить правду от лжи. Скрипнул зубами. «Мама, чёрт возьми!», — подумал Мансур и, вздохнув, кивнул.

— Это тебе, — он поднял букет бутонами вверх.

— Мне?

— Тебе. Они без шипов, — улыбнулся, глядя, как трепещут её полуопущенные ресницы.

— Красивые… — смутилась Роза. — И так много. Спасибо. — хотела принять их, но потом отдёрнула руки, вспомнив, что они грязные. — Я сейчас, только вымою руки, — она было заторопилась, но крепкая рука мужа не позволила ей вырваться.