Книга Бывшая жена дракона. Свечная лавка попаданки, страница 50 – Элис Карма, Алиса Буланова

Фрау Эрика появляется в гостиной, едва я успеваю передать слуге своё пальто. Лицо женщины кажется серьёзным, а глаза — печальными. Она смотрит на меня с отстранённым дружелюбием. Предлагает присесть и велит слуге подать чай.

— Вы, верно, озябли в дороге, — она внимательно всматривается в моё лицо.

— Что-то не так? — спрашиваю я, чувствуя себя неловко под её взглядом.

— Простите, достопочтенная… Просто вы кажетесь мне совсем не той, кого мне представили сразу после вашей с бароном свадьбы. Тогда вы показались мне поверхностной и легкомысленной. Но теперь я вижу, что это не так.

— Что ж, первое впечатление часто бывает обманчивым, — отвечаю я, нервно сглотнув.

Мы пьём чай из фарфоровых чашек с тонким золотым ободком. Я замечаю, как она украдкой бросает взгляды на короб, будто и хочет увидеть, что у меня получилось, и боится разочароваться.

Я решаю избавить её от мучений, и сама открываю его. Её рука тянется к одной из свечей и замирает с дрожью.

— Розы… — шепчет она. И после некоторого молчания добавляет: — Это мои любимые цветы. Когда мой муж был жив, он выращивал для меня розы. Какими же прекрасными они были. Но после его смерти сад опустел.

Я смотрю на неё сочувственно. Даю ей время полюбоваться на узоры. А потом добавляю:

— Это ещё не всё. Позвольте зажечь одну.

Фрау Эрика подаёт знак слуге, и тот приносит огниво. Несколько пугающих щелчков, и фитиль вспыхивает. Воск начинает плавиться, и по комнате разливается нежный аромат.

— Аромат роз! — восклицает фрау Эрика, глядя на меня с удивлением. — Как вам это удалось?

— Не без труда, — отвечаю, вспоминая, как непросто было раздобыть ароматное масло шиповника. — Но я счастлива, что они пришлись вам по душе.

Обратно я возвращаюсь на случайно пойманном экипаже. Дорога, устеленная снегом, тянется вперёд, город сменяется деревьями. Мягкий ритм копыт и холодный ветер на щеках помогают мне расслабиться. Я улыбаюсь, вспоминая радость фрау Эрики, её щедрую оплату и обещание поделиться рассказом о моих свечах со своими знакомыми.

Мешочек с монетами приятно тяготит карман. Подхожу к дому и радостно взбегаю на крыльцо. Мне не терпится рассказать обо всём моим дорогим помощникам. Внутри дома тихо, лишь на кухне слышны приглушённые голоса. Я стараюсь не шуметь, чтобы не мешать, но всё же цепляю краем уха часть диалога и напрягаюсь.

— Когда ты собираешься рассказать ей, что барон до сих пор платит тебе жалование? — спрашивает Карл с тревогой.

— Скоро… — Клара говорит тихо, словно боится, что её услышат. — Я просто не знаю, как начать. Она ведь решит, что я шпионила за ней.

Моё сердце сжимается. Шпионила? Жалование? Что это всё значит? Тёплое ощущение радости, которое я привезла из города, начинает стремительно испаряться.

— И буду не права? — спрашиваю громко, проходя в кухню.

Карл и Клара поворачиваются ко мне одновременно. Их лица бледнеют, глаза расширяются, как у провинившихся детей. Голова идёт кругом от вопросов. Я смотрю на них требовательно в ожидании объяснений.

Тишина в доме давит на уши. Даже старые половицы, обычно скрипящие под каждым шагом, сейчас будто боятся нарушить эту напряжённую паузу. Слышно только, как ветер завывает в трубе, да потрескивают угли в камине. Карл и Клара не смеют поднять глаз на меня. То, с какой преданностью Карл готов разделить наказание подруги, не может не удивлять. Я чуть смягчаюсь, хотя ещё минуту назад чувствовала, будто мне нож в спину вонзили. Я даже из-за предательства Франца не так сильно расстроилась. Но Кларе я действительно доверяла. А потому мне сейчас так не по себе.