Онлайн книга «Чернобыль, любовь моя»
|
Дома Володи не было, фонарь не горел. Я пошла к Жоре и нашла там троицу: хозяина, Женю и Вовку, абсолютно пьяного. Впрочем, остальные тоже были не первой свежести. Они спорили, аргументировали, убеждали, разубеждали – Жора и Женя пытались справиться с Володей. Удавалось плохо, и Жене в конце концов надоело, видимо. Он ушел, чмокнув меня в щеку на прощание и посмотрев как-то странно. (И что это сегодня все на меня так странно смотрят?) Володя спустился за уходящим Женей, постоял, покачиваясь, потом тоже решил идти домой, схватил меня за руку и потащил. Я плелась за ним, понимая, что вечер будет невеселый. Дома Володя сразу прошел на кухню, схватил стакан, вытащил из-под раковины бутылку – к несчастью, там стояла бутылка водки, которую привез Юра Косин, а я не успела ее спрятать… Сейчас окончательно напьется. — Вов, может, не надо? Вы уже и так с Женькой хорошо посидели. — Ага. И он опять вокруг тебя ошивался. А ты и рада! – зло бросил он, опрокидывая полный стакан. — Зачем ты это говоришь? Во-первых, никто не ошивался, во-вторых, чему радоваться-то? Посмотри, в каком ты состоянии… и сними ботинки, пожалуйста, ты ж из Припяти. — Да что ты со своими ботинками! У меня судьба рушится, а тебе… Женька, ботинки… Эх, чего там, тебе все равно не понять! — Мне не понять? А когда я горничной из-за тебя устроилась, думаешь, мне приятно было? А то, что меня диктором сделали вместо корреспондента? — Да отстань ты от меня!!! – пьяно заорал Володя и, как был, в свитере выскочил на улицу. Я посидела немного. Потом встала, накинула пальто и побежала за ним – ему сейчас только не хватало попасться в руки милицейскому патрулю. В конце заснеженной улицы, в стороне реки, виднелся черный силуэт. Там дальше нет дороги, он должен повернуть обратно. Я пошла ему навстречу. Володя не шел, он бежал, качаясь. Когда он поравнялся со мной, я схватила его за руку. Он вырвался и продолжал свой безумный бег. Я догнала его напротив дома Жоры, намертво ухватила за свитер: — Вов, пожалуйста, пойдем домой. Ты доиграешься… — Отпусти! Уйди от меня! Он вырывался. Я побелевшими от холода пальцами держала его толстый свитер изо всех сил. — Нет, не отпущу, хватит дурить! — Ах так? – Вдруг Володя развернулся ко мне, на миг я увидела белые от водки и бешенства глаза… и все померкло. * * * Божественные лики. Я что, уже на небе?.. А, это же иконы! Странно, почему у меня перед глазами иконы? Пока я пыталась понять, что произошло, рядом заговорил Жора: — Слава богу, очнулась! О господи, да у тебя кровь на затылке! Оказывается, я лежу на диване на первом этаже Жоркиного дома… а он продолжает говорить, и каждое слово как будто отдается в моей голове колокольным звоном. — Я увидел, что ты лежишь на снегу, притащил тебя в дом. Подожди, не рыпайся, надо осмотреть твой затылок. Тут что, заколка?.. Вот это да! Чудо! Перед домом… иконы тебя хранили! Господь помог! — Жора, что там? И где Володя? – Почему-то мне трудно разговаривать. — Володя? Не знаю, его не видно было, – удивился Жора. – А что случилось? Это он тебя? Тут он заметил, что у моего виска на глазу наливается синяк, и помрачнел. У Жоры была перекись водорода и пластырь. Он заклеил мою рану на затылке и потащил меня на второй этаж, где была маленькая отдельная спальня. Там уложил в кровать и вышел. |