Книга Джилл очень недовольна, страница 43 – Кайра Руда

Через сутки я записала в тетради: «Худший день для нас обоих. Мне так жалко Джека, ну и Теда, конечно. Я была не в себе, едва улавливала разговор Джека с родителями. Но они втроем разработали план. План по спасению Джека. Родители дадут ему отцовский БМВ, мы вернемся в университет и притворимся, будто ничего не случилось. Джексон с Иви всё решили и велели мне в точности выполнять их указания. Джек даже сдаст днем экзамен.

Они ничуть не сомневались, что все обойдется. Подозреваю, что Тингли всегда удается вывернуться.

Джек чуть было не совершил самоубийственную глупость, хорошо я была рядом. Ему очень повезло, что я так люблю его».

— Прекрати ты уже обсасывать эту историю, – с мукой в голосе произносит муж. – Ты меня с ума сведешь.

— Ах, Джек, тут еще масса интересного, – возражаю я. – Твои родители были так жестоки со мной в ту ночь. Я этого не записала, но разве ты не помнишь, как они обвинили меня, будто бы я оставила Теда на дороге еще живым? Можно подумать, я не умею щупать пульс. Просто свинство. А помнишь, как твоя мама хотела позвонить в полицию и все рассказать? Твоя жизнь была бы загублена, Джек. Так и знай.

Он стонет на пассажирском сиденье.

— Так что тебе повезло. Все сошло с рук, правда, красавчик?

Джек

Я смотрю на Джилл, как ни в чем не бывало крутящую руль, и вспоминаю ту ночь в машине, несущейся в сторону Лос-Анджелеса, когда я насмерть сбил Теда и бросил одного посреди темной дороги где‑то около озера Эрроухед. Джилл была спокойна, а я рассыпался на части.

Так, надо собраться. Куда она дела тетрадь? Может, теперь мне удастся найти проклятый дневник. Нежно-розовая обложка и сентиментальный заголовок «История нашей любви» с завитушками дает весьма искаженное представление о содержании записей. Я знаю это, хотя никогда их не читал. Необходимо сосредоточиться, притвориться, будто я пытаюсь наладить отношения, иначе мне не пережить этих выходных. Позарез нужно найти тетрадь, чтобы заявление о разводе не повлекло за собой полного краха жизни.

— Тебе лучше? – осведомляется Джилл. – Еще минут двадцать. Перекусим. Подзарядим батарейки.

— Хорошо, конечно, – удается выдавить мне. Я шарю глазами по салону, но она ловит мой взгляд.

— Не найдешь, Джек, так что брось эти попытки. Мы все равно уже пролистали главную часть. Так ты хочешь переписать свой кошмар?

Один из самых сокрушительных образов моего повторяющегося ночного кошмара возник не из увиденного собственными глазами, а из новостей. Через час после нашего бегства фура с продуктами для ресторана переехала тело Теда. Как и я, водитель слишком поздно заметил его. Но, в отличие меня, он вызвал полицию и остался на месте происшествия.

В животе все переворачивается.

— Переписывать нечего. Сделанного не вернуть. И ты виновата не меньше меня, – говорю я. – Это ты настояла, чтобы мы свалили оттуда.

— Ох, красавчик, тебе прекрасно известно, что срок давности за это преступление истек давны-ым-давно. Вспомни долгие годы жизни в страхе. То противный следователь пытался доказать нашу причастность, вернее твою причастность, то родители Теда разнюхивали, что да как. Жуть, – говорит она. – Поэтому давай вообразим, что Тед выжил. Его не было в ту ночь на дороге. Он обжимался с Салли на вечеринке. Вообразим, что ты сдал экзамены на отлично и поступил на юрфак, как планировали твои родители.