Онлайн книга «Сломанный мир»
|
Впрочем, Гэрэл думал об этом не столько с завистью, сколько с уважением. Он знал, как действует этот механизм. Он изучил его, когда из замкнутого угрюмого мальчишки-солдата вдруг стал командующим сотней, и обнаружилось, что хорошо уметь убивать недостаточно – надо еще и вести за собой людей. Но Гэрэл не очень-то рассчитывал на обаяние, предпочитая в общении прямоту, некоторую отстраненность, а иногда и жестокость. Солдатам это было понятнее, чем доброта и обходительность. Все равно он, с его странной внешностью, никогда не стал бы для отряда «своим» и не завоевал бы их любовь – зато этой внешности более чем подходил образ существа не от мира сего, мифического чудовища, непобедимого и безжалостного. Избранник Тигра, беловолосый демон, холодный стальной клинок государя Токхына. Он знал, как его называют за глаза: Гэрэл Жестокий. Это его устраивало, ему не нужно было, чтобы его любили, было достаточно, чтобы в него верили. Но Гэрэл отлично понимал, что красота, доброта, кажущаяся мягкость – тоже оружие. А в сочетании с проницательностью и знанием человеческой натуры – оружие мощнейшее. Он видел, как смотрели на Юкинари подданные – зачарованно, как кролики на удава, – и видел, как тот разговаривал с ними – как будто каждый из них был для него особенным. Он для всех умудрялся найти нужные слова: и для придворных, и для слуг. Вероятно, отпрысков знатных семей учат этому. Правильно выглядеть, говорить и улыбаться, как учат изящным манерам, каллиграфии, подбору нарядов и прочему. Но не каждому дано достигнуть в этом деле таких успехов. Все происходящее сейчас с Гэрэлом явно было развертыванием одной из тридцати шести классических стратагем, известной как «красивый человек»: имея дело с явно превосходящим тебя силой противником, ослабить командира вражеской армии – то есть его самого, Гэрэла, – послав к нему красавицу или, в его случае, красавца. Воздействовать на него через чувства, притупить бдительность, убить в нем способность действовать рационально, заставить его пренебречь своим долгом и верностью стране. Правда, обычно в роли «красивого человека» выступала какая-нибудь певичка или смазливый актер. А до него снизошел сам владыка государства. Большая честь… Беда в том, что, когда ты уже, как любопытная муха, влип в сети обаяния этого «красивого человека», понимание сути происходящего ничуть не помогало – именно поэтому стратагема безотказно работала века напролет. Гэрэлу было непросто признаться самому себе, что он ждет вечерних встреч с Юкинари за игрой с большим нетерпением. Как только подходило назначенное время, он бросал все и спешил в сад. Юкинари по-прежнему выигрывал чаще. За игрой они говорили уже совсем не о ходе переговоров, не о войне, не о политике, хотя иногда и о ней тоже. Одна тема незаметно перетекала в другую, они говорили обо всем на свете. Их беседы становились все более пространными, все более личными. Гэрэл чувствовал себя глупцом, ребенком, завороженным волшебной сказкой. Он изыскивал поводы увидеться с Юкинари и сам был этому не рад; практически ходил за императором хвостом, восхищался его умом и величием. Он, конечно, прятал все под холодной сдержанностью и колкостями – это он отлично умел. Иногда они о чем-то спорили, не соглашались друг с другом, язвили. Но даже в моменты разногласий Гэрэл видел, что интересен Юкинари, интересен и важен, что бы они друг другу ни говорили… |