Книга Красная метка, страница 96 – Арсений Либис

Унылый Вой, старшая дочь, приняла обет молчания. Она поклялась, что ни звук, ни вздох, ни даже рык не сорвётся с её уст до тех пор, пока не пройдет пять лет. Самое большое затруднение здесь вызывало то, что она более не могла перечить своему человеку-мужу. Как вы знаете, у северных варваров принят возмутительный обычай: старшая жена смеет прилюдно кричать на своего супруга, указывать ему, что делать. И это никак не порицается, поскольку она управляет его повозкой и имеет право носить лук. И вот Унылый Вой отныне не могла и слова сказать, даже когда ее кочевник упивался хмельным молоком или не привозил ей и дочерям из грабительского похода достаточно шелка. Более того, она даже не могла при этом выть на луну, изливая тоску. Она могла только беззвучно плакать, отчего на морде пролегли дорожки, на которых больше не росла шерсть. Когда Небо вопросило ее о награде, Унылый Вой смиренно попросила лишь одного — сделать кандалы ее великого предка чуть легче. И это было исполнено: цепи, скованные из небесного железа, больше не впивались в шкуру, и великий предок смог вздохнуть свободнее.

Серая Ярость, известная своей неистовой гордостью, сделала нечто, что для любого зверя было бы хуже смерти. Она вырыла яму на вершине холма, поблизости от вулкана, и зарылась в неё головой вниз, оставив снаружи лишь задние лапы и хвост, которые беспомощно болтались на ветру. Так она провела много лет, не видя света, не чувствуя ветра, вдыхая лишь сырой запах земли и корней. Иногда ее торчащим задом пользовались проходящие мимо путники, но она терпела это унижение во имя принятой аскезы. Даже когда черви прогрызли ей веки, она не издала ни стона. Изумленное Небо даровало ей награду: в потолке вулканической пещеры, где томился Лунный Охотник, открылось небольшое отверстие, сквозь которое стал проникать дневной свет, а в ясные ночи — и лунный. И волк, веками лежащий во мраке, впервые увидел небо, и сердце его преисполнилось гордости за своих дочерей.

И наконец, Кривой Коготь поклялась, что не прикоснётся к воде до тех пор, пока не истечёт срок в десять лет. Она отправилась в пустыню, что лежит к западу от страны кочевников. И там питалась одними скорпионами, а их кровь и яд являлись единственной жидкостью, которую ей дозволялось пить. И когда срок аскезы подошёл к концу, Небо исполнило ее желание. А оно состояло в том, чтобы над Караджином прошел дождь. Пещера, где был заключен волк, наполнилась водой. Лунный Охотник, который все это время страдал от страшной жажды, припал к ней иссохшими губами и пил, пока живот его не налился силой, подобно реке в половодье.

Напившись и исцелившись, Лунный Охотник воспрянул. Он вспомнил, кто он есть: первый волк, пожиратель богов, муж богини луны. Ярость его проснулась, подобно огню в недрах старой горы. Он натянул цепи и с рыком, от которого содрогнулись горы, разорвал их, словно тонкие нити. Земля вокруг вулкана пошла трещинами, и чёрный дым повалил из жерла. А затем он вышел наружу, от его поступи задрожала земля. И снова проглотил луну.

Это не осталось незамеченным. В Небесном Дворце быстро поняли свою ошибку. Но с тех пор прошло много тысяч лет, среди богов появился Небесный император, он поставил на земле своего наместника. И теперь именно император несет ответ за то, что происходит на земле. Потому все Небо обратило свои взоры на Ситай, где пребывал великий Шио.