Книга Слабо не влюбиться?, страница 101 – Татьяна Никандрова

Я говорила, что Осипов умный? Видали, как все по полочкам разложил. Даже в причинно-следственных связях моих детских заблуждений разобрался.

— Да, так и есть, — подтверждаю я, нахлобучивая шапку. — А ты в детстве верил в Деда Мороза?

— Не помню, — Осипов задумчиво поправляет рюкзак на плечах. — Но я точно знаю, что верил в зубную фею, — его лицо приобретает мечтательное выражение. — Помню, клал под подушку молочные зубы, а под утро находил там деньги. В моем детском понимании это был настоящий бизнес!

Посмеиваясь и обсуждая всякую забавную чепуху, мы выходим из института и медленно спускаемся по многоступенчатой лестнице. С Федом на удивление легко. Он по-прежнему спокоен и не фонтанирует бурными эмоциями, но мой своеобразный юмор понимает с полуслова. Да и сам не скупится на шутки. Порой довольно смешные.

— Ну? Куда пойдем? — озираюсь по сторонам. — Есть какое-то конкретное место на примете? Или отправимся туда, куда глаза глядят?

— Думаю, сегодня мы все же пойдем в конкретное место, — отзывается он. — А как потеплеет, можем попытать удачу и пошарахаться по городу в поисках чего-нибудь интересного.

Хм, выходит, когда потеплеет, он снова позовет меня на свидание? Эта шальная мысль против воли залетает в голову, но я, само собой, ее не озвучиваю. Прекрасно понимаю, что говорить о будущем еще слишком рано.

Через десять минут выясняется, что выбор Феда пал на заведение с интригующим названием «Деловая колбаса». С виду кафе выглядит очень даже презентабельно, а за панорамными стеклами виднеется немало посетителей.

— Мы еще не зашли внутрь, а мне уже нравится, — сообщаю я. — Люблю оригинальный подход к неймингу.

— Здесь подают лучшие в городе фаршированные перцы, — Осипов придерживает дверь, галантно пропуская меня внутрь. — Обязательно закажи их на пробу.

Меня трудно назвать завсегдатаем заведений общественного питания (институтская столовка не в счет), поэтому атмосфера праздника, царящая в кафе, моментально напитывает меня радостным предвкушением. Слух ласкает фоновая джазовая музыка, официанты в стильных темно-коричневых фартуках радуют глаз, а приглушенный шум непринужденных разговоров заметно расслабляет.

Мы с Федом занимаем уютный столик у окна и с энтузиазмом беремся за меню. Шелестя страницами, парень советует мне блюда, которые пробовал не раз, и я останавливаю свой выбор на тех самых фаршированных перцах, что он рекламировал вначале.

— Расскажи мне о себе, — сделав заказ, я откидываюсь на спинку мягкого диванчика и впиваюсь в одногруппника пристальным взглядом. — Где ты вырос? Кто твои родители? И почему ты держишь всех на расстоянии вытянутой руки?

Брови Осипова ползут вверх, и он усмехается:

— Основательный подход, Василиса. Решила не тратить время на пустую болтовню?

— Формальности уже вроде соблюдены, — пожимаю плечами. — Теперь можно перейти к сути.

— Согласен, — Фед устраивается поудобней и начинает. — Я вырос в небольшом поселке под названием Ильицы. Когда мне стукнуло пятнадцать, мы с семьей переехали в город, где я закончил школу, а затем поступил в институт. Родители мои — потомственные педагоги, и очень болезненно переживали отказ единственного сына от продолжения династии учителей.

— Ого, теперь понятно, откуда у тебя эти манеры, — вставляю я. — Учительский сын!