Книга Отвергнутая жена дракона. Мастерская живых кукол, страница 34 – Диана Фурсова

Опасно было принимать его за перемену. Один шаг не делает человека другим. Особенно человека, который вчера публично отстранил её от дома. Но Элина не была настолько несправедлива, чтобы не заметить сам шаг.

— Тогда я внесу это в список, — сказала она.

— В какой список?

— Того, что требуется для мастерской и проживания. Раз уж недосмотр исправляется, лучше сделать это точно.

Ним довольно щёлкнула пальцами.

— У нас уже есть раздел “срочно”. И раздел “опасности”. Герцога можно внести в оба, но карандашом.

Мира издала тихий сдавленный писк.

Рейнар посмотрел на Ним. Ним посмотрела на Рейнара. Несколько секунд они молчали, и Элина вдруг поняла, что это состязание выдержки кукла может выиграть.

— Я вижу, в мастерской сохранился характер, — сказал герцог.

— В отличие от некоторых печатей, — ответила Ним.

Ортан Ливер сделал вид, что ничего не слышал.

Рейнар снова повернулся к Элине.

— Я не запрещаю Вам принимать заказы. Пока.

— Как великодушно.

— Но все дела, касающиеся хозяйства замка, должны быть известны мне.

— Тогда начните с того, что выясните, почему они до сих пор были известны только господину Ливеру.

Управляющий побледнел ещё сильнее.

Рейнар не ответил сразу. Его взгляд задержался на медной крышечке, под которой лежала чёрная нить.

— Эту улику я заберу.

— Нет.

— Леди Элина.

— Нет, герцог. Не потому, что я Вам не доверяю, хотя и поэтому тоже. А потому, что я не знаю, что случится, если вынести её из мастерской неправильно. Нить была связана с Чашкой и могла быть связана с печатями. Пока Ним не объяснит, как её хранить безопасно, она останется здесь.

— Вы ставите условия?

— Я берегу доказательство. Вы ведь хотите правду, а не красивую крышечку в кабинете?

Он смотрел на неё долго, почти недобро. Потом сказал:

— Хорошо. Но я пришлю человека, который будет следить, чтобы она не исчезла.

— Человека господина Ливера?

— Моего.

Элина подумала.

— Если он не будет трогать инструменты, пугать заказчиков и приказывать мебели, пусть сидит в холле.

— Вы слишком уверенно распоряжаетесь местом, которое получили вчера.

— Мне пришлось быстро учиться.

В этот раз в его глазах мелькнуло что-то похожее на усталость. Или сожаление. Но оно исчезло прежде, чем Элина успела понять.

Ортан Ливер поклонился.

— Милорд, если позволите, я немедленно исполню распоряжения.

— Исполните.

Управляющий вышел первым. Он не оглянулся, но Элина кожей почувствовала его злость. Такая злость не исчезает после одного проигранного разговора. Она ищет, куда ударить тише и точнее.

Мира тоже собиралась уйти, но Элина остановила её.

— Ты вернёшься на кухню не одна.

— Госпожа?

— Герцог только что приказал никого не наказывать. Пусть один из его людей проводит тебя и повторит это вслух старшей кухарке.

Рейнар кивнул.

— Будет сделано.

Мира смотрела на Элину так, будто не знала, как вместить в себя всё произошедшее: страх, спасение, приказ герцога, оживших кукол, собственную смелость. Потом поклонилась — уже не низко и испуганно, а как утром, коротко и честно.

— Спасибо, госпожа.

— Не спасибо. Ты оплатила заказ.

Девушка улыбнулась совсем чуть-чуть и вышла.

Когда дверь закрылась, в мастерской остались только Элина, Рейнар и десятки кукольных глаз.

Это было неуютнее, чем при свидетелях.

Рейнар прошёл к рабочему столу, но на этот раз не как хозяин, проверяющий чужое нарушение. Он шёл осторожнее. Смотрел на шкафы, инструменты, ткани, на старые куклы, на вывеску, видную через внутреннее окно холла. Возможно, вспоминал. Возможно, пытался понять, какую часть собственного дома не знал много лет.