Книга Заклятья метели. Колядки других миров, страница 80 – Софья Ролдугина, Евгения Сафонова, Анастасия Андрианова, и др.

— Добрый вечер. Нам нужен мистер Ландой, чтобы переговорить по одному делу.

Торопливо кивнув, мужчина представился управляющим Джоунсом и, зажав список под мышкой, нырнул внутрь мыловарни. Оставаться с дознавателями не хотел никто, лучше привести, куда просят, и сбежать побыстрее. А то мало ли.

Николаса откровенно веселило, как многие относились к дознавателям. Но мог понять людей. Запретная магия наводила ужас, никто о ней толком не знал, но газеты обожали писать об очередных кровавых подробностях и убийствах, где внутренности потом использовали в ритуалах. Новости такие были довольно редкими, но всё-таки были. И основывались на реальности.

Внутри мыловарни Джоунс провёл их по галерее вдоль просторного цеха. Запах стоял специфический, резкий, а в огромных металлических чанах, под которыми лежали зачарованные теплокамни, рабочие помешивали густую массу деревянными палками.

Вокруг шумело, шипело и постукивало. Мастер управлял рабочими у котлов, подмастерья носились в разные стороны с ящиками. Насколько Николас понимал процесс, в чанах вываривали китовый жир с соседних китобоен вместе со щёлочью.

— По крайней мере, Ландой здесь, – вполголоса заметил Айден, чтобы шедший впереди провожатый их не услышал. – Это вселяет надежду.

— Ага, – отозвался Николас. – Хотя! Если бы он тоже сбежал, как его отец, мы бы поняли, что оба виновны.

— Зато он может что-то знать.

За цехом обнаружился коридор с несколькими комнатами, Джоунс постучал в одну из них, но никто не отозвался.

— Мистер Ландой?

Снова тишина. Что значило, либо он там спит, либо его нет. И хорошо, если не сбежал вместе с отцом. Это было бы прискорбно.

— Он не уходил с мыловарни, – нахмурился Джоунс. – Он бы мимо прошёл, я ж только отошёл посчитать. Может, в сушильне?

— Позвольте мне.

Жестом фокусника с Рыночной площади Николас оттеснил Джоунса от двери (вообще-то, он тренировался этому движению!) и приложил ладонь к дереву. Один из позвонков на спине загудел, повинуясь посланной магии, и высвободил повешенные чары.

При желании Николас мог замок и отмычкой взломать, но тогда был бы как частное лицо, а ему требовались специальные чары, потому что дознаватели-то имели право проникать внутрь помещений, если там находился подозреваемый.

Дверь дрогнула, пошла трещинами и легко открылась.

В кабинете Ландоя не было. Там ничего не было, кроме обычного скучного стола, заваленного бумагами, да ящиков у стены, один из которых был не задвинут до конца.

— Его нет, – заявил Джоунс, бесцеремонно выглянув из-за спины Николаса.

С другой стороны также заглянул Айден, и по связи Николас ощутил его мрачную решимость.

— Он ушёл в спешке, – негромко заметил Айден. – Бросил бумаги, не закрыл ящик.

Сам Николас примерно так всегда и содержал свои вещи, на что постоянно ругался напарник Линард, поэтому сейчас верил намётанному глазу Айдена. Тот в рабочих столах и порядках разбирался точно лучше.

Николас обернулся к Джоунсу:

— Что вы там говорили про сушильню? Она в другой стороне, я так понимаю?

Оказалось, действительно, чуть дальше. Там же рядом находились ворота во внутренний двор, где мыло загружали в повозки. Но, как заверял Джоунс, сегодня всё закрыто, отгрузка была утром и следующая только завтра.

— Спасибо, мы сами всё проверим.