Книга Заклятья метели. Колядки других миров, страница 76 – Софья Ролдугина, Евгения Сафонова, Анастасия Андрианова, и др.

— В доме лорда Макроува нет стены из-за запрещёнки, и я хочу найти его сына, с которым он, скорее всего, колдовал. Ты же наверняка знаешь, где живёт незаконнорождённый от чаровницы ребёнок?

— Не знаю, но могу узнать.

На запрос ушло сорок минут и две чашки вкуснейшего ароматного чая, который принесли слуги. А следом на стол принца легла бумага с именем и местом жительства.

Попивая чай из чашки с ажурным изображением чёрных роз и костей, Айден заметил:

— О, тебе понравится.

— Правда? – встрепенулся Николас. – Он живёт у Зверинца? Арендовал склеп на кладбище Эвехарн? Нет-нет, подожди, держит купальню с хорошенькими массажистками?

— У него доля в одном из предприятий Китовой мануфактуры Льюиса.

Что ж, китов и портовые районы Николас действительно любил.

Только ненавидел чаек. Несносные, вечно вопящие птицы! Если Безликий бог смерти хотел приблизить чью-то кончину, то совершенно точно привлекал к этому чаек. Сам нахохлившийся, будто птица, Николас засунул руки в карманы пальто и смотрел в окно экипажа, за которым проплывал квартал Крайн-Вальдин. Ещё довольно приличный, но высокие стрельчатые окна зданий сменились обычными, изящные шпили зданий поуменьшились до низкой застройки, только на улицах тоже было полно народа и огней, а над головами людей носились вездесущие чайки и вопили, буквально требуя от прохожих уронить кусок купленного тут же кренделя или сушёного кальмара.

Постепенно сгущались сумерки, но до наступления ночи ещё было время. Хотя на улицах уже вовсю горели фонари, да и Айден в экипаже зажёг зачарованные лампы.

Императорские кареты Николас искренне любил. В отличие от дознавательских, тут были и подушки помягче, и занавески непыльные, и зачарованные теплокамни под сиденьями, которые Николас обязательно включал. Айден потом ворчал, что дышать нечем внутри, но сейчас он даже не возражал.

Снежинки по-прежнему неторопливо падали с неба, но люди на них не обращали внимания, чаек тоже меньше всего интересовал какой-то снег. Дорога превратилась в раскисшую кашу.

Наблюдая за медленным падением снежинок, Николас подумал, что они похожи на пепел. Если прищуриться, можно представить, что с неба в свете газовых фонарей сыплет бесконечный пепел. И пока никто не обращает внимания, он скроет Кин-Кардин и каждого жителя. Завтра они проснутся, а за окном будет не город, а лишь сероватый пепел.

— О чём так задумался?

Айден прихватил с собой стопку бумаг, которую изучал, но сейчас поднял голову и внимательно смотрел на Николаса. Тот мог и озвучить мысли о пепле, всё равно ж потом в каких-нибудь стихах воплотит, но вместо этого сказал:

— Думаю, зачем ты поехал со мной?

Конечно же, Николас знал ответ. На самом деле Айден был отнюдь не таким серьёзным, каким казался. И стоило появиться возможности улизнуть от бесконечных бумаг и дел, как внутри Айдена просыпался мальчишка, который, будучи студентом Академии, не раз ходил вместе с Николасом на вечеринки после отбоя или плавал почти без одежды в купальнях.

Айден никогда бы этого не признал и попытался с самым серьёзным видом выдать:

— Это важное государственное дело. Если лорд Макроув нанёс подобный ущерб дому, то может вытворить что-то и в городе.

— Для этого его ищу я.

— Тебе пригодится наша связка. И мои тени.