Книга Куклолов, страница 128 – Дарина Стрельченко

Лифт уехал, головокружение постепенно прекратилось, и пятна, вращаясь, легли на геометрический узор ковра.

Я бросился к окну. Ярмарка чуть вдалеке поднимала новые и новые флаги.

* * *

Я знал, это глупый, суеверный страх, но я боялся выйти из номера. Рассадил кукол у изголовья кровати, заказал обед. Официант в большой, не по размеру, крахмальной рубашке привёз серебряную тележку. Я втащил её в номер, двигаясь так, чтобы за моей спиной было не разглядеть кукол.

— Спасибо.

— Приятного аппетита! Налить вам второй кофе?

— Спасибо, не нужно.

— Если что-то понадобится, вы можете позвонить на стойку администрации…

— Спасибо! Я понял!

Выставив чересчур предупредительного юношу, я подвёз тележку к кровати. Есть не хотелось, но вечерний поход мог затянуться надолго, на всю ночь, на долгое, долгое время. Выходя из дома на такие поиски, никогда не знаешь, когда вернёшься. Следовало подкрепиться.

И всё-таки, как ни старался, толком поесть я не смог. Вонзил вилку в клубок укутанной соусом пасты, но вид и запах, ощущение податливо пружинившей в мякоть вилки вызвали отвращение. Я накрыл блюдо серебряной крышкой – может, ещё проголодаюсь – и принялся за кофе. Широкая и низкая белая чашка, белоснежная пенка, на которой красовался восточный дворец. Что к чему? Я замешал ложкой пенку, чтобы стереть дворец, и сделал глоток. Горячо, как горячо-то! Ну кто так делает?

Я добавил сахара, перемешал. Стало гораздо лучше. Изольда глянула с ласковой усмешкой, Арабелла – жадно.

— Что, в море кофе не подают? – пробормотал я, подвигая к ней чашку. Понятно, что выпить не сможет, но запах-то ощутит.

— Надо подкрепиться. И отдохнуть. Может, поспим? Вечер будет долгим…

Кофе остывал, волосы кукол, и особенно лёгкие, воздушные пряди Мельника легонько трепетали на сквозняке. Я улыбался против воли. Глядя на это, нельзя было не улыбаться. Мельник слегка улыбался в ответ – своей спокойной, чуть снисходительной улыбкой.

Я испытал такой восторг от встречи с ним. Я, наверное, никогда не забуду тот первый вечер в «Рябинке»: когда вывалился на сцену и нос к носу столкнулся с куклой. Он-то, конечно, и бровью не повёл, но… Я знал, в глубине души он был рад.

Никогда не забуду.

Как не забуду и ощущение ветра прямо в лицо, резкую встряску, как от удара током, – когда впервые взял в руки Арабеллу. Как жаль, что я ещё не понимал всего этого, когда знакомился с Изольдой, Кабалетом и близнецами. Интересно, что же будет теперь – когда я найду Звездочёта?

Воспоминания о том, как спокойно куклы отнеслись к появлению Мельника, уже не смущали. Я понял: дело не столько в том, как куклы встречают брата – в конце концов, это эмоции их, кукольного мира, куда людям доступа нет. Дело в том, как куклу встречаешь ты. Ты и твоя эмоция – вот что сильнее, ценнее всего, вот что несёт заряд и имеет смысл.

Слабо и нежно щекотал щёки ветер. Пахло молоком и кофе. В окно врывались далёкие крики рабочих. Даже сюда, в номер, сквозняк доносил ароматы опилок и весны. Я смотрел на кукол, расслабившихся на кровати, – съехала оборка Изольды, склонился к плечу брата Онджей, непривычно мягко глядела на мир сдержанная, саркастичная Арабелла.

Я бы много отдал, чтобы эти минуты длились как можно дольше. Но и кроме времени у меня было достаточно врагов. Я всё удивлялся, как так мне до сих пор не перешёл дорогу никто из других ловцов кукол; Венкерова – не в счёт. Ещё удивлялся, что почти ничего не чувствую по поводу Александры Юрьевны. Там ведь наверняка была полиция, медики, следствие, экспертиза – что там ещё происходит в таких случаях?.. А меня вроде и не ищут даже.