Книга Материнская плата, страница 52 – Софа Вернер

— В каком смысле? Я за неё заплатила, – подскочила я, поняв главное: мне придётся спорить твёрдо и чётко, хамить и топать ногой. Последние мои накопления ушли на поездку на этот край Урала.

— Конечно-конечно, – зачем-то вступилась безымянная медсестра, – но я вижу в системе, что это было неделю назад.

— Да, – угрюмо подтвердила я. У меня каждая минута была на счету, пока они здесь очереди тянули. – И возможность записаться была только с оплатой. Прямо на сайте. Как вы можете мне отказать?

— Вы уже упомянули лицензию… но есть нюанс. Наше разрешение от партии на оказание подобного рода услуг… просрочено. Это не страшно, однако сейчас партия склонна поддерживать таких, как вы, людей, – Юлия Романовна указала на постер-пропаганду. – В двадцатых годах о таком мы и не мечтали. А что касаемо оплаты… тут уж обстоятельства, что поделать. Давайте перезапишем вас на другую услугу, чтобы не сгорели деньги?

Она так сконцентрировалась на своих документах, смутилась и побелела, как полотно, что я не поверила ни единому лишь на первое впечатление уверенному слову. Удавка вокруг женского горла сжималась и сжималась много лет после ядерного кризиса, поторапливаемая демографическим кризисом, и вот наконец сжалась до упора, да так, что стоило один шаг сделать в сторону – повиснешь. В животе закололо, словно я была близка к естественному плохому исходу, но мой организм оказался куда крепче.

— Вы шутите? Или за дуру меня держите? – хрипло воскликнула я из последних сил.

— Послушайте, это ведь такое важное решение… Оно повлияет на всю вашу жизнь.

Теперь они переубеждали меня в два голоса.

— Взгляните на себя! Вы ведь красивая, успешная, здоровая. Разве не радость, что такое чудо с вами случилось?

Я вздрогнула.

Возможно, это и правда чудо, но я боялась, что не заслужила его. Я могла дать полезные вещества для формирования, но чтобы сотворить новую жизнь, наверняка требовалось много усилий. А я на нуле. – Это не ваше дело, какая я. Ваше дело – лечить, Юлия Романовна.

Я наконец-то посмотрела этой женщине в лицо, и она откинулась на стуле от неожиданности, встретившись с моей настойчивостью. – Я обила пороги всех консультаций в городе, потом перешла на районные, и вот я у вас. Платно или бесплатно – все вы находите какие-то оправдания, чтобы отказать мне. То врачей нужных нет, то сначала к психиатру сходите. Я везде была – разрешения есть, а направления нет. Процедуры нет, понимаете? А ведь это пока даже не щипцы, не вскрытие, просто таблетки, ну таблетки, ну что вам стоит?

— Мира Ивановна, давайте успокоимся… Во-первых, для таблеток уже поздно…

— А кто волнуется? Вам, что ли, всю жизнь с этим жить?

— Поверьте, я проходила через подобное…

— О нет! Мы с вами ровесницы – я права? Вы проскочили во времена получше, когда было право на выбор, право на ошибку!

— Я знаю, что вы боитесь. Мне очень жаль, что вы так сопротивляетесь… – она даже протянула ко мне руку, но я отшатнулась. – Но вы это переживёте, справитесь с этим. В конце концов, это не приговор. Есть специалисты, которые помогут вам в адаптации. Ещё и от партии будет много стимулирующих выплат и мероприятий. Вы только не делайте глупостей.

Мы уже сами в каком-то смысле были будущим, только бессмысленным, нерабочим, глупо фантасмагоричным. Никаких колоний на Марсе, разве что жалкие шаттлы к Луне для добычи Гелия-3 и обратно. И то, до туристических далеко, обычно это билеты в один конец. Наверняка светлые умы на Земле уже заканчиваются.