Книга Солёный зефир, страница 61 – Даша Art

Голова загудела, виски пульсировали. Вот о чем говорила мама, жалуясь на боль.

Ухожу домой сразу после окончания последнего урока. Хотелось побыть в одиночестве: мыслей было гораздо больше обычного, да и превышен лимит чувств. Я ожидал покоя, но открыв дверь, сразу окунулся в наш личный семейный хаос.

— Я устала! — кричала мама со второго этажа. Видимо, отец только вернулся от своих друзей.

Что-то тяжелое упало на пол, заставив дом задрожать. Я ступил на лестницу, поднял глаза вверх, но остановился.

— Нет, это я от тебя устал! — Отец перешагнул черту своего холодного образа. — Я дал тебе всё, но тебе мало! Всегда недостаточно!

— Я тоже отдала тебе всю себя! — Мама перешла на визг, затем снова что-то уронила. На этот раз послышался звук разбитого фарфора. — Я родила тебе сына!

— Нашла чем гордится. Я взял тебя замуж брюхатую!

Если мама просто отчаянно кричала, выплескивая годами копившуюся боль, то отец жалил, словно скорпион, своими колкими фразами.

Конечно, я слышал об этом. Папа любит упрекнуть мать за это. Но колени все равно дрогнули. Я опустился на лестницу, прислонившись к холодной стене спиной.

— Вот только не надо мне это предъявлять! — От возмущения мама вот-вот взорвется. — Это ты меня обрюхатил! И не говори, что не специально.

Прикрываю глаза, чувствуя, как сердце замедляется. Я устал. В ушах звенит от бесконечной ругани. А над головой кружит туча, пугая своей чернотой и холодом.

— Кому ты нужна: делать что-то специально! Скажи спасибо, что женился и вырастил щенка!

Щенка? Грудь сдавило. От ноющей боли распахиваю глаза, чтобы увидеть как темная туча становится больше, спускаясь ниже.

— Своего сына! Это твой сын.

— Не мог у меня родиться столь никчемный отпрыск!

Никчемный, пустая трата денег и времени, бестолковый… Что мне нужно сделать, чтобы он увидел во мне своего ребенка? Дождь проливается над головой, охлаждая внутренности. Кости покрываются корочкой льда.

— Он — копия ты!

— Нет, он такой же бесполезный, как ты.

Я старался каждый день. Учеба, спорт — выкладываюсь на максимум. Не доставляю проблем. Но этого мало. Я могу упрекнуть его в том же, что он предъявляет матери. Ненасытность, эгоизм, расчетливость. Я — проект, который не оправдал заранее завышенные требования.

Двух шагов хватает, чтобы преодолеть холл. Открываю дверь. В лицо ударил ледяная изморозь.

— Я подаю на развод!

— Давно пора!

Выхожу на улицу, не заботясь о том, что худи промокнет насквозь. Натягиваю капюшон, чтобы слиться с темнотой. Осень не щадит небо, рано затягивает его непроглядной мглой. Чернота вокруг сплетается с пустотой внутри меня.

Перехожу с шага на бег, чтобы заменить боль в груди ноющими мышцами.

Они даже не заметили меня. Настолько поглощены собой, что ребёнок им не нужен.

Мой разум сам ищет что-то согревающее. За что я могу зацепиться, на что опереться, надеясь заглушить жжение в горле.

Резко торможу, когда перед глазами появляется мягкая улыбка. Разве она когда-нибудь так улыбалась? Словно рада меня видеть? Не помню, чтобы её глаза светились искренним восторгом рядом со мной. Я всегда дарил ей только повод для грусти. Тогда откуда это щемящее чувство восхищения?

Резко сворачиваю, не задумываясь, куда несут меня ноги, пока не оказываюсь у её порога.