Книга Ты моя тайна. Муж моей сестры, страница 101 – Таня Ульянова

Не отпуская её руки. Как будто она была моей последней ниточкой. Моей последней надеждой.

И, наверное, впервые в жизни я понял, что такое любить человека настолько сильно, что готов развалиться вместе с ним, лишь бы не потерять.

Вика.

Я открыла глаза не сразу. Сначала был звук. Ровный. Навязчивый. Почти раздражающий.

Потом свет, мягкий, но всё равно слишком яркий для моих глаз.

И только потом я почувствовала тело. Тяжёлое. Чужое. Будто не моё.

Боль медленно поднялась изнутри, будто проверяя — жива ли я вообще. И я поняла: да. Жива.

Первое, что я увидела, когда смогла сфокусироваться, Игорь. Он сидел рядом, держа меня за руку.

Сгорбленный. Уставший. Такой, каким я его никогда не видела.

Будто за одну ночь из него вынули всё лишнее осталась только усталость.

Он не сразу заметил, что я открыла глаза. А когда заметил — подался ко мне так резко, будто боялся, что я снова отключусь.

— Вика… — его голос дрогнул, и он коснулся губами моей ладони. — Ты слышишь меня?

Я хотела ответить, но смогла только едва заметно кивнуть.

Сил почти не было вообще. Он тут же сжал мою руку. Осторожно, но крепко.

— Всё хорошо… — сказал он быстро, слишком быстро. — Ты в больнице. Ты жива. Самое страшное позади…

Я почувствовала, что это неправда. Потому что в его голосе была не уверенность. А надежда. И я не хотела её ломать.

— Алиса… — выдохнула я еле слышно.

Это слово далось мне тяжелее всего. Игорь мгновенно наклонился ближе.

— С ней всё хорошо, — сказал он. — Дома. С Евой. Она ждёт тебя. Очень ждёт.

Я закрыла глаза, чувствуя как слеза сама скатилась по щеке.

Я даже не пыталась её остановить. Игорь осторожно стёр её пальцем. Так аккуратно, будто я была чем-то хрупким.

— Прости… — выдохнула я, почти без звука. — Это… моя расплата… за счастье… Я знала… За то что отняла тебя у Лены…

Игорь сжал мою руку сильнее.

— Нет, — сказал он сразу, почти резко. — Нет, Вика. Даже не думай так.

Я медленно открыла глаза. Он смотрел на меня так, будто пытался достучаться через всё, что во мне сломалось в этот вечер.

— Это не твоя вина, — его голос дрогнул. — Слышишь? Не твоя. Это чужая злоба. Чужая боль. Не твоя расплата.

Я молчала, потому что спорить не было сил. И потому что внутри я всё равно ещё не верила.

— Я так боялась быть счастливой… — прошептала я наконец. — Боялась, что если позволю себе… меня за это накажут.

Слова выходили тяжело, рваными кусками. Игорь наклонился ближе, осторожно прижавшись лбом к моему.

— Никто не имеет права наказывать тебя за любовь, — проговорил он тихо. — Никто, Вика. Ты заслужила счастье. Мы его заслужили.

Я смотрела на него долго, сквозь боль, и усталость. Сквозь страх, который всё ещё жил где-то внутри.

И в этот момент я поняла одну простую вещь: я всё ещё здесь. Он всё ещё здесь. Мы всё ещё рядом. И значит, что у нас всё ещё есть шанс.

Аппарат рядом тихо пищал, напоминая, что всё ещё хрупко. Но его рука держащая мою, говорила другое. Что я не одна.

Игорь не отпускает мою руку ни на секунду. Он наклоняется и медленно, почти осторожно, касается губами моей ладони. Долго, нежно. Тепло. Так что хотелось остановить это мгновение.

Так, что у меня внутри что-то болезненно сжимается не от боли уже, а от того, сколько в этом жесте всего, что он не успел сказать за эту ночь.