Книга Танковая диверсия, страница 45 – Александр Тамоников

— Ну что? — спросил Буторин, вскочив со стула, когда Коган отпер дверь своим ключом и вошел в квартиру, в которой жила группа.

— Прокол, — угрюмо заявил Борис, вешая на гвоздь кепку и засучивая рукава возле раковины. — Упустил я его. В самом важном месте упустил.

— Так, — вздохнул Виктор и посмотрел на Сосновского. — Значит, «почтового ящика» у нас нет. Где ты его потерял?

— На углу Садовой и 1-го Базарного переулка, — умываясь и отфыркиваясь, отозвался Коган.

— Окончательно? — уточнил Сосновский, покусывая кончик карандаша.

— Нет, потом догнал, но он был уже явно пустой. Довел спокойно до общежития, — Коган снял с вешалки полотенце и принялся вытирать лицо, шею. — Завтра придется обойти два квартала и присмотреться.

— Да ладно вам убиваться, ребята, — Сосновский бросил карандаш и достал из буфета тарелку с хлебом и консервы. — Мы знаем, что Федоров пособник врага, мы знаем, что он на связи через «почтовый ящик». Мы же решили подсунуть ему дезинформацию. Теперь уже мы не будем слепо вести Федорова через весь город, а организуем наблюдение на том участке, где Борис его потерял. Все просто.

— Просто, — проворчал Коган, садясь к столу. — Если у них нет второго «почтового ящика». И если они и не чередуют по датам. Что вы там придумали?

— Постышева навела на хорошую мысль, — ответил Сосновский. — Она сказала, примерно раз в месяц приходит с фельдъегерем документация на узлы и агрегаты, в которые внесены изменения. И мы вот решили, что, если имитировать не поступление новой технической документации, а чего-то более интересного для вражеского агента. Например, секретную опытную партию легирующих добавок к стали. Враг попытается познакомиться с сопроводительной документацией, а особенно с образцами, похитить образец.

— Нет, не пойдет этот вариант, — покачал головой Коган, ломая кусками ржано-пшеничный хлеб и отправляя его в рот. — У нас несколько подозреваемых в руководстве завода, и они даже по должности обязаны знать об этом поступлении. В чем секретность?

— Сначала мы сузим круг подозреваемых, — покачал пальцем в воздухе Сосновский, — а потом каждый получит из разных источников приказ не разглашать. Давайте по порядку: Исаак Моисеевич Зальцман. Вообще-то на него уже подписан приказ о назначении его наркомом танковой промышленности СССР. Я думаю, что он пользуется заслуженным доверием в верхах. И там его проверяли, как никого другого, прежде чем назначать. Плюс, Зальцман герой переброски оборонных заводов на Урал. Великий организатор, его лично Берия ценит. Нет, это не наш клиент. Дальше — Сергей Несторович Махонин? Он фактически создатель так называемого Танкограда. Это слово сам Сталин придумал. Эти кандидатуры отметаем. Дальше у нас идут специалисты масштабом поменьше. От уровня заместителя директора по общим вопросам и транспорту, как Николай Аркадьевич Юрлов… До войны бывал за границей, в частности, в Германии…

Оперативники перебрали несколько фамилий специалистов высшего звена, ведущих инженеров, проектировщиков — тех, кого можно было подозревать в преступлении, кто по своей должности имел доступ ко всей технологической документации, к большому числу производственных процессов, кто имел право приказывать на производстве и кого обязаны были слушаться согласно должности инженеры. Теоретически никто их них не должен был в первую очередь быть оповещен о прибытии секретных добавок на завод. Значит, если кто-то из них враг, то он ухватится за эту информацию, воспримет ее как ценную, чудом добытую.