Книга Хозяйка дома Бхатия, страница 187 – Суджата Масси

Ума ни словом не обмолвилась об этом Первин – видимо, слишком переживала за Ишана. Или – об этом раньше прозорливо говорила Гюльназ – предсмертное желание лорда Бхатия было просто хитроумной уловкой. В любом случае одного желания Умы недостаточно для претворения проекта в жизнь.

— Миссис Прескотт, а мистер Парвеш Бхатия, по словам Умы, поддерживает это начинание?

— Разумеется, – кивнула Серена, высвобождая ладонь из руки Мириам. – По окончании траура Парвеш найдет в бумагах отца документы по сделке на передачу комитету складских помещений. И нам, Первин, очень понадобится ваша помощь: нужно будет официально учредить благотворительный траст и завершить сделку. Официально до сих пор ничего не оформлено.

Похоже, Серена все-таки решила взять на себя заглавную роль, хотя на словах перепоручила ее Уме, подумала Первин. Ей снова вспомнилась пудреница, которая вполне могла принадлежать Серене. Допустим, она положила в нее яд и передала Уме, чтобы та осуществила немыслимое?

— Мы собираемся полностью реорганизовать комитет! – В тревожные мысли Первин проник приятный голос Серены. – Некоторые дамы вышли из его состава, и нам нужна свежая кровь. Вы как, Элис?

— Я обычно не участвую в том, в чем участвует мама, – ответила, закатив глаза, Элис. – Но тут речь идет об очень полезном начинании. Если Первин согласится, то и я тоже.

Первин улыбнулась, но ничего не ответила. Ей очень хотелось принять участие в этой затее, но, если смерть лорда Бхатия будет признана убийством, дам ждут такие осложнения, каких им пока себе и не представить.

Элис возвестила, что хочет еще шампанского, и они все впятером вернулись в бальную залу, где шума и людей только прибавилось. Заполучив бокалы, Мириам, Серена и Мадлен заметили одного важного человека, которому хотели представить доктора Пенкар.

Когда они втроем отчалили, Элис низко нагнула голову и прошептала Первин на ухо:

— Что ты думаешь о том, что Парвеш изменил свои планы?

— Даже если слова про предсмертную волю его отца чистая выдумка, Парвеш Бхатия теперь глава семьи и может поступать как ему вздумается, – ответила Первин. – Вот только зачем отдавать на благотворительность ценную недвижимость, если его фирма испытывает серьезные финансовые трудности? Или он просто хочет отмыть пожертвования, сделанные по ходу чаепития? Именно этим, по мысли Коры и наваба, занимался лорд Бхатия.

— Интересно, понимает ли Ума все эти тонкости. Я имею в виду не только финансовое положение их семейной фирмы, но и то, что Серена пытается выдвинуться на главную роль! – Элис вгляделась в подругу.

— Жаль, что Умы здесь нет, но, полагаю, в дни траура по балам не ходят! Неважно; я только что приметила Тиграна Тату, бомбейского автомобильного короля. Пора мне за дело. – Первин указала на худощавого джентльмена, который кружил в танце парсийку в европейском наряде. – Он здесь с женой. Ширин училась со мной в школе, но на несколько классов старше.

— Отыщи Колина и иди танцевать рядом, – посоветовала Элис. – Кстати, а где он?

— Колин тут ни при чем. – Первин попыталась сделать вид, что вовсе не выискивает его глазами. – Постою поблизости и дождусь, когда Тата закончат танец.

— Ну давай. – А потом Элис добавила с ухмылкой: – Насколько мне известно, Колин будет рад повидаться с тобой на верхнем этаже, если у тебя вдруг выдастся свободная минутка.