Книга Союз стали и шёлка, страница 31 – В.Л. Смит

Многие в деревне облегчённо выдохнули. И мы тоже.

Наконец-то появилось ощущение, что хотя бы какое-то время мы в относительной безопасности.

Мы планировали переждать здесь всего несколько дней, максимум — неделю. Но Торн, разговорив местных, принёс неутешительные вести: зимняя пустыня по ночам становится смертельно опасной. Днём — обжигающий холод, ночью — ледяной ветер, который проникает даже сквозь тёплую одежду. Для меня и Торна это было бы терпимо, но Вэйлань могла серьёзно заболеть в пути, а это неизбежно затормозило бы нас всех.

К тому же в деревне так и не нашлось человека, который за деньги и обещание молчания согласился бы провести нас безопасной дорогой через пустыню.

Поэтому мы остались ждать, пока погода не наладится.

Мы и сами не заметили, как пролетела зима и наступила весна.

Из чужаков, вынужденных делить тесный домик, мы постепенно превратились… нет, не в семью. В друзей — тех, кто может терпеть друг друга при необходимости, иногда даже улыбаться и молча передавать друг другу чашку горячего чая по вечерам.

Вэйлань больше не дулась по каждому поводу. Торн перестал смотреть на неё как на обузу. А я… я начала ловить себя на мысли, что иногда мне почти спокойно в их компании.

Почти.

Император не оставлял попыток найти нас. Посты на дорогах постепенно уменьшались, но это не успокаивало — скорее, говорило о том, что поиски стали более тихими и изощрёнными.

Однако сейчас меня волновало совсем другое.

Мой отец.

Как только он не видел меня в родном гнезде. К началу зимы, скорее всего, просто негодовал. А сейчас, когда весна вступила в свои права, он, должно быть, исходил тихим, тяжёлым бешенством. Его нрав даже я порой не могла предугадать. Отец никогда не кричал и не размахивал руками — он становился пугающе спокойным. И именно в такие моменты от него можно было ждать самого страшного.

Я не знала, что он предпримет дальше.

Отправит ли гонцов с требованием вернуть меня любой ценой?

Поднимет ли кланы и двинет флот к берегам Цзиньлуна?

Или затаится и начнёт готовить нечто более холодное и разрушительное?

Одно я знала точно: чем дольше я не появляюсь в Тарнхолде, тем сильнее становится его ярость. А когда Железный Кулак по-настоящему разъярён, он не останавливается, пока не получит то, что считает своим.

Я сидела на старой деревянной скамье у дома, глядя на далёкие холмы, и невольно сжимала кулаки. Весна уже полностью вступила в свои права, но внутри меня по-прежнему царила зимняя стужа.

⊹ ࣪ ﹏𓊝﹏𓂁﹏⊹ ࣪ ˖

Мы с Вэйлань пришли на небольшой базар на центральной площади деревушки рано утром, пока солнце ещё не припекало. Нужно было купить рис, сушёное мясо и немного специй — запасы в доме подходили к концу. Мы обе были под «Обманным ликом»: я — обычная крестьянка средних лет, Вэйлань — молодая девушка с простым, ничем не примечательным лицом.

Торговец сушёными фруктами, щербатый мужчина с маслянистым взглядом, как раз пытался всучить нам два мешка явно подпорченного товара по цене свежего.

— Лучший товар в округе, уважаемые! — заливался он. — Только вчера привезли! За два ляна серебра отдам оба мешка!

Я уже открыла рот, чтобы жёстко осадить наглеца, когда рядом раздался спокойный, приятный голос:

— Дядюшка, ты, кажется, ошибся. Эти финики сушат уже третий месяц, и плесень на них видна даже слепому. За такой «лучший товар» и полляна будет много.