Книга Союз стали и шёлка, страница 148 – В.Л. Смит

— Помогите занести его в дом, — сказала я, и голос прозвучал чужодо, как будто не мой.

Первую ночь я не спала совсем. Промыла рану, приложила всё, что знала: мазь от заражения, настойку календулы, толчёный корень имбиря. Но к утру Линь не очнулся. Жар поднялся такой, что я боялась прикоснуться к его лбу. Он бредил — звал меня, звал какую-то женщину по имени, которого я не знала, просил не уходить.

Местный лекарь, старый господин Ван, пришёл к полудню. Он долго осматривал рану, нюхал повязку, щупал пульс. Потом покачал головой:

— Заражение. Глубокое. Яд от ржавого металла уже в крови. Я сделаю всё, что смогу, но...

— Что «но»?! — я вцепилась в его рукав. — Вы должны его спасти! Вы же лекарь!

— Я лекарь, а не бог, девочка, — мягко ответил он. — Нужен кто-то опытнее. Я слышал, что в Цанчжоу есть господин Хэ. Он лучший на восточном тракте.

— Так позовите его! Немедленно!

Он ушёл, пообещав отправить посыльного. А я осталась. Сидела у постели Линя, сжимая его горячую руку, и смотрела, как он угасает.

Три дня я ждала. Три дня Линь метался в бреду, а я меняла компрессы, поила его отварами и молилась всем богам, которых знала. И тем, в которых не верила. На четвёртый день господин Хэ прибыл — высокий, сухой, с усталыми глазами и кожаным саквояжем. Он осмотрел Линя, обработал рану, долго щупал пульс. Я стояла рядом, затаив дыхание.

— Инфекция глубокая, — сказал он наконец. — Я сделал всё, что мог. Но обычные средства здесь бессильны.

— Как? — прошептала я. — Скажите, что вы шутите. Вы ведь не всерьёз.

Он посмотрел на меня — и в его взгляде была такая спокойная, такая привычная печаль, что я поняла: он не шутит. Он видел такое уже сотни раз.

— При таком заражении люди умирают за несколько дней, — произнёс он. — Но ваш друг... — он замялся, подбирая слова. — Он держится. Я не знаю, что даёт ему силы. Может быть, неделя. Может быть, две. Может быть, больше. Этого я обещать не могу. Но я слышал об одном человеке. Старый отшельник, живёт в северных горах. Говорят, он владеет древними секретами врачевания, которые недоступны простым смертным. Если кто и способен вытащить вашего друга — то только он.

Я замерла. Обдумывая сказаное.

— Но он не приходит к людям, — добавил господин Хэ. — За ним нужно идти самим. И дорога туда неблизкая.

— Я пойду, — сказала я, и голос прозвучал твёрже, чем я ожидала. — Я найду его. Сколько бы это ни заняло.

Лекарь ушёл, оставив рецепт — дорогие лекарства, которые могли замедлить инфекцию, но не победить её. Я проводила его до двери и вернулась к Линю. Села рядом, взяла его за руку. Горячую, но живую. Он всё ещё дышал. Он всё ещё боролся.

— Ты только дождись меня, — прошептала я, гладя его по спутанным волосам. — Слышишь? Я приведу помощь. Я вернусь. Только дождись.

Он не ответил. Только веки дрогнули, будто он услышал меня сквозь бред.

Я поцеловала его в горячий лоб и начала собираться в дорогу.

⊹ ࣪ ﹏𓊝﹏𓂁﹏⊹

Рядом я положила ещё одну записку — для соседей, господина и госпожи Чжао, что жили через дорогу. Добрые люди, бездетные, всегда помогавшие нам с Линем по мелочам. Я просила их захаживать, приносить воду, топить очаг, если Яо будет занята в чайном доме. Знала, что они не откажут.

Дорога до столицы заняла больше недели. Я шла пешком, потому что лошади у нас не было, а просить чужую значило объяснять, зачем она мне. Этого я не могла. Я просто шла. По тракту, через холмы и редкие перелески, мимо деревень, где лаяли собаки и крестьяне провожали меня долгими взглядами. Ночевала на постоялых дворах, когда хватало денег, или прямо у костра, завернувшись в плащ. Холодало с каждым днём, и я всё сильнее куталась в одежду, пряча не только чёрные линии на руке, но и лицо от ледяного ветра.