Книга Мачеха под ключ. Праздник с доставкой для сирот, страница 32 – Алекс Ривер

— Ох, как выпечкой потянуло, — сказала она подруге. И, словно очнувшись, взяла со стойки два рулона шелка. — Знаешь, Дороти, пойдем-ка сходим в булочную, но сперва…

Она подошла к кассе.

— Господин Гринвуд, заверните мне эти рулоны, пожалуйста. Я вдруг вспомнила, что через месяц у кузины Авроры крестины. Нужно обновить гардероб. Представляете, они пекут великолепные булочки с изюмом, — пахнут так же прекрасно!

— Ой, господин Гринвуд, а можно мне тоже вон те перчатки, пожалуйста? Нас ведь тоже звали, а мои уже совсем истрепались.

Гринвуд смотрел то на оживившихся покупательниц, то на меня. В его глазах мелькнуло понимание и, похоже, восхищение. Это было не колдовство, а тонкое воздействие, но в его мире, где магия была реальностью, это выглядело как «особый семейный талант», на который я намекала.

— А вы умеете создавать… нужное настроение, — негромко заметила госпожа Гринвуд, ее глаза блестели интересом.

— Это моя профессия, — честно ответила я.

Гринвуд выдохнул и потер переносицу.

— Ну… хорошо, — сказал он решительно. — Я дам вам шанс. Но условия такие: вы получаете от меня небольшую сумму на расходы с полным отчетом о том, что вы приобрели. Плюс, если параллельно займетесь созданием атмосферы в моей лавке, дам вам еще и задаток. А вторую половину — после свадьбы, если все пройдет хорошо. Кроме того, вы работаете в сквере строго в отведенный день, не мешая другим подготовкам. И еще… — он посмотрел на меня сурово, — если что-то пойдет не так, вы отвечаете не только возвратом денег. Я буду вынужден обратиться к судье, чтобы взыскать ущерб.

Сердце екнуло от слова «судья», но отступать было некуда. Сейчас это был мой единственный мост через финансовую пропасть.

— Договорились, — твердо сказала я. — У вас есть бумага? Давайте составим краткое соглашение.

Через полчаса я вышла из лавки Гринвуда, сжимая в кармане кошелек с первым за долгое время честно заработанным задатком.

Чувство легкой эйфории от удачно начатых переговоров еще теплилось внутри, когда я вышла на главную улицу. Я шла быстрее, почти летела, обдумывая, как лучше всего потратить полученные монеты. И чуть не столкнулась с группой гуляющих дам с зонтиками. Отпрыгнув в сторону, к самой мостовой, я подняла голову.

И замерла.

Напротив, у коновязи у «Королевского дуба», сидел на вороном коне мужчина. Он что-то говорил мальчишке-конюху. И даже несмотря на то, что я видела его в пол оборота, я поняла, что он не местный. Таким элегантным и дорогим был его костюм, и такой безупречной — выправка. Плечи, четко очерченные отлично скроенным темно-зеленым сюртуком, были маняще широки. Осанка — прямая, но с такой естественной уверенностью, которая дается либо с рождения, либо за огромные деньги. Он обернулся, отдавая последние распоряжения, и я увидела его лицо. Резкие, будто высеченные из камня черты: высокие скулы, прямой нос, твердый подбородок с едва заметной ямочкой. Темные, почти черные, волосы отбрасывали тень на высокий лоб. И глаза... то ли темно-карие, то ли и вовсе черные. Я почувствовала, как по спине бегут мурашки, а к щекам приливает жар. Взгляд мужчины, сосредоточенный, анализирующий, как у людей, привыкших с первого взгляда оценивать обстановку, товар или собеседника, обратился в мою сторону, хотя смотрел он на что-то за моей спиной.