Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 84 – Джин Соул

Монахи ответили утвердительно. Ху Вэй подленько захихикал, за что снова получил локтем в бок. Ху Фэйциню нисколько не хотелось, чтобы Ху Вэй его раскрыл, с него станется, возьмёт и объявит: «Ну так это и есть тот самый бессмертный мастер!»

— Скверная история, – сказал настоятель, покачав головой.

— Ещё бы! – развеселился Ху Вэй. – Скверна в тех краях у людей с языка не сходит.

— Ху Вэй! – прошипел Ху Фэйцинь и опять поспешил перевести внимание на себя: – Так, что за легенда у Горы-с-могилой?

Настоятель отступил в сторону и повел рукой, приглашая обоих лисов к могиле. Та представляла собой насыпанные грудой камни, из которых торчало старое сухое дерево. Судя по следам на камнях, некогда здесь бил родник. Выглядела могила непримечательно. Ху Вэй разочарованно наморщил нос: он-то ожидал увидеть, по крайней мере, гробницу, а источником легенды оказалась всего лишь куча древних камней. Но легенда впечатлила обоих лисов: упорно вылезающий из земли гроб с трупом, желающим покоиться исключительно в завещанном месте, а не где-то ещё, причём труп обычного человека, пусть и монаха, а не демона или кого-то из бессмертных мастеров, кого угодно впечатлил бы.

— А что, монах точно был обычным человеком? – на всякий случай уточнил Ху Вэй. – Чтобы после смерти такое вытворять, нужно быть хотя бы святым.

— Это одержимость, – сказал Ху Фэйцинь, задумчиво глядя на груду камней. – Искренние и исключительно крепкие чувства, манифестация которых сохранилась даже после смерти.

Настоятель досказал легенду и со вздохом добавил:

— Но четверть века назад родник иссяк, а дерево высохло. Произошло это за одну ночь.

— Вот вам и новая легенда, – фыркнул Ху Вэй.

— Но мы не понимаем, почему это произошло, – возразил настоятель.

— А что вы хотели? Дерево тысячи лет назад выросло, настоящее чудо, что оно столько продержалась, – пожал плечами Ху Вэй, – да и подземные воды не бесконечны.

— Но произошло-то это одновременно. Это непременно должно что-то значить. Но мы не обрели просветления, нам не постигнуть этой тайны. Быть может, бессмертные мастера знают ответ? – с надеждой спросил настоятель.

Ху Вэй только языком прищёлкнул, но левый глаз Ху Фэйциня вдруг затянуло Тьмой, и Бай Э сказал:

— Круг перерождения разомкнулся. Вероятно, оба покойника были в равной степени одержимы при жизни и после смерти.

Ху Вэй сузил глаза: опять эта проклятущая Тьма вылезла!

— Но что это значит? – спросил Ху Фэйцинь сам у себя и сам же себе ответил: – Вероятно, обе души вернулись в мир живых.

— Призраками?

— Перерождение, – возразил Бай Э. – Вероятно, одержимость притянула их в мир живых… и так совпало, что они переродились одновременно. «Встретимся в следующей жизни», так говорят? Но на самом деле вероятность новой встречи ничтожно мала, поскольку души проходят Круг перерождения в уготованной им очерёдности. Уж я-то знаю.

— Да… – машинально подтвердил Ху Фэйцинь, – уж я-то знаю.

Ху Вэю это нисколько не понравилось. Он ещё не успел выспросить Ху Фэйциня об этом Бай Э или как его там, а с чужих слов ничего толком не понял. Но то, что Тьма ведёт себя в теле Ху Фэйциня по-хозяйски, его неимоверно раздражало. И Ху Вэй решил: «Разберёмся с этим делом – прижму Фэйциня, пока всё мне не выложит!»

О том, что задуманному свершиться не суждено, Ху Вэй и не подозревал.