Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 90 – Джин Соул

Он приоткрыл один глаз, боязливо глянул на сферу и с облегчением выдохнул: страшная движущаяся картина закончилась. Но облегчение это не продлилось и лисьей минуты: сфера показала ему расправу над Ху Сюань. Ху Баоцинь издал горестный вопль, опять схватил сферу и встряхнул её.

— Неправда! – зарычал он. – Её не могли казнить! Она никогда бы не нарушила Лисье Дао! Она не могла!

«Правда?» – удивился внутренний лис в нём. Ху Баоцинь крепко зажмурился. Вообще-то ещё как могла. Отношение Ху Сюань к тёмной стороне лисьезнахарства Ху Баоцинь прекрасно знал. Но разве пример Ху Баоциня ничему не научил Ху Сюань? Что такого могло произойти, чтобы Ху Сюань открыто заявила о собственной Ереси? Эх, как жаль, что сфера показывает лишь движущиеся картины! Ху Баоцинь умел читать по губам, но движущиеся картины слишком быстро менялись, он попросту не успевал понять.

— Эй! – зло рявкнул Ху Баоцинь, встряхнув сферу. – Показывай, что стало с Ху Сюань дальше! И не притворяйся, что не понимаешь меня. Я прекрасно знаю, что ты меня слышишь. Показывай, не то я тебя разобью!

И сфера показала. Ху Баоцинь невольно приложил ладонь к груди, потому что сердце опять защемило.

— А я ведь был прав, – с грустью сказал он, – когда это будет тот самый…

У Ху Сюань на этой движущейся картине были и кудри, и лисьи уши, и даже хвост, но она и не думала их прятать, словно позабыла о своей кудрявости. Она будто светилась изнутри, держа в ладонях крохотную белую мышку. Тот, что был с нею рядом, кормил мышку семенами каких-то цветов, и аура у него была просто чудовищная – древняя, могучая, опасная и совершенно точно не лисья. Но Ху Сюань не было до этого дела.

Ху Баоцинь оттолкнул от себя сферу, закрыл лицо руками и долго сидел так, обуреваемый самыми разными чувствами.

Таким его и увидел вернувшийся Владыка миров – поникшего, уронившего лицо в ладони. Владыка миров ничего не стал говорить, бесшумно подошёл, поставил подле Ху Баоциня сосуд вина и так же незаметно вышел.

— Но как ему удалось запустить «картины прошлого»? – пробормотал Владыка миров, оглянувшись уже за порогом.

Да, этот лис был не так-то прост, как ларец с секретом: сколько дверец ни открывай, за ними всегда обнаружится ещё одна и с таким хитроумным замком, что и вовек не разгадаешь.

Владыка миров усмехнулся. Уж чего-чего, а времени-то у него было предостаточно.

Войдя потихоньку в зал Сфер спустя какое-то время, Владыка миров увидел, что серебристый лис спит, вытянувшись у стола-полумесяца во весь рост, а сосуд повален на бок, но вино из него не вытекло, а, надо полагать, вылакано. Серебристая шерсть поигрывала отсветами сфер и нервными волнами, лапы лиса подрагивали. Владыка миров протянул руку, но серебристый лис спал чутко и тут же клацнул зубами, промахнувшись всего на лисий коготь, и уставился на Владыку миров осуждающим взглядом.

— Тебе снился дурной сон, – сказал Владыка миров, – я лишь хотел забрать его.

Эта фраза серебристого лиса явно заинтересовала: Ху Баоцинь наклонил голову набок – типичная лисья поза, когда лиса прислушивается или приглядывается, – но расспрашивать, как надеялся демиург, не стал, продолжая играть в молчанку. Владыка миров решил закрепить успех – какой-никакой, а успех же? – и на его ладони сформировалась горошина тускло-серого цвета.