Книга Под одним небом две судьбы, страница 148 – Мия Соул

Она смотрела на меня, все еще не веря, дрожа от испытанного потрясения.

— А если я откажусь? — прошептала она, и в ее глазах мелькнул последний проблеск борьбы.

Тогда я наклонилась к ней совсем близко. Так близко, что видела каждую морщинку у ее глаз, каждую каплю пота на висках.

— Тогда я попрошу генерала Сюй Цзе взять вас под стражу, как сообщницу в заговоре против трона. И поверьте, — я сделала паузу, чтобы мои слова обрели нужный вес, — он не откажет. Его тюрьмы куда суровее любого, даже самого строгого монастыря. И выхода из них уже не будет. А еще Ли Цзяо и Ли Ся никогда не смоют с себя позор.

— Ты и Ли Лунь тоже пострадаете, — капризно выпалила она.

Поправив нарочито складки на халате, я ответила:

— Я не в первый раз буду восставать из пепла. Вашими же стараниями я взростила в себе характер. Но что случится с вашими ласковыми, нежными цветочками? Ли Цзяо и Ли Ся смогут смириться с клеймом дочерей предательницы? Они сумеют подняться?

Последние фразы сработали безотказно. Плечи ее обмякли, сопротивление угасло, оставив лишь пустую, безвольную оболочку. Она была загнана в угол, и мы обе это понимали.

— И еще одно условие, — потеребила ее за плечо.

— Какое? Что еще тебе от меня нужно? — простонала она, уставившись в шелковый полог над кроватью.

— Все. Расскажите мне о своих отношениях с Ван Гуйжэнь. Зачем вы это делали? Это сестринская любовь, глупость или расчет на большее? Что именно поручила вам ваша сестра?

И Ван Яньси заговорила. Ее голос был тихим, монотонным, словно она читала заупокойную молитву по собственной жизни. Она рассказала мне о давнем споре — спорном клочке земли у подножия горы Цзювэйшань. Сдается мне, все хотели контролировать вход в подземное царство. Вот и Цзянлун и Тьешань, два непримиримых государства, десятилетиями не могли поделить гору.

— Нынешний император и наследный принц Сяо Мин непреклонны, — шептала она. — Они и половину ли не отдадут, чтобы завершить столкновения. Но Сяо Сюэ… ему все это неинтересно. Он не может рассчитывать на трон без поддержки, а внутри Запретного города лишь мать стала ему верным помощником. Так что Ван Гуйжэнь подговорила его на переписку с Тьешанем.

Я отстранилась. Ван Яньси, кажется, была искренней, а мои собственные доводы не спорили с этой версией.

— А я… я была их гонцом. Ван Гуйжэнь и второму принцу нельзя было вести прямую переписку с посольством — слишком много глаз, — продолжила мачеха. — А кто обратит внимание на жену не самого родовитого чиновника? — Она горько усмехнулась. — Я так спешила выйти замуж, боялась остаться старой девой… А она, моя младшая сестра, выбрала лучше. Поднялась выше, стала наложницей. И теперь… теперь я должна была ползать перед ней, выполнять ее грязные поручения.

Она замолчала, и по ее щекам покатились слезы бессильной злобы и зависти.

— Она обещала, что, когда Сяо Сюэ взойдет на трон, Ли Цзяо станет его императрицей. Что мои дочери будут в безопасности. А еще я боялась ее. Ты не знаешь, на что она способна…

— Вы все передали? Будет новая встреча? — прервала я ее поток самосожаления.

— Через три дня, — прошептала она. — После заката. Ван Гуйжэнь после сама приедет ко мне за ответом.

Следующие два дня пролетели в странной, зыбкой тишине, словно дом затаил дыхание в ожидании грозы. Я продолжала выхаживать Ван Яньси, но не так активно. Помощь моя более не требовалась, потому что Ли Цзяо и Ли Ся буквально ночевали у кровати матери, особенно после ее сообщения, что она желает поскорее уехать на побережье, в город Сюаньсян.