Книга Под одним небом две судьбы, страница 146 – Мия Соул

Ли Жунь закивал, и в нем блеснула надежда.

— Да, да! Она пришла в себя, Ли Вэй. Это все твоими стараниями. Правда, она еще очень слаба. Но… — он замялся, — она спрашивала о тебе. Очень хочет тебя видеть. Не откажи ей, Ли Вэй. Сходи к ней, пожалуйста.

Отцу было жутко неудобно. Если раньше он демонстративно не понимал, что происходит между женщинами в его семье, то в последние наши встречи ненависть достигла какого — то апогея.

Я не раз и не два показала отношение к Ван Яньси, да и к Ли Жуню.

Взглянув на главу семейства, переведя этот взгляд на брата, осознала, что Ван Яньси просила о встрече не просто так. Будь это хилая просьба больной, ее лепет, батюшка бы не стал обращаться. Нет, Ван Яньси точно была в сознании.

— Хорошо, отец, — сказала я, — я навещу ее, сейчас же.

Я вошла в опочивальню. Внутри пахло лекарственными травами и сладковатыми благовониями, чтобы скрыть запах болезни. Ван Яньси лежала на роскошной кровати под шелковым пологом, ее лицо было серым и осунувшимся, но в глазах, уставленно следящих за моим приближением, читалась не слабость, а натянутая, как тетива, бдительность.

У ее изголовья хлопотала Ли Ся. Увидев меня, младшая сестра замерла, а затем, к моему величайшему удивлению, вдруг опустилась передо мной в низком, почтительном поклоне.

— Ли Вэй, — прошептала она, не поднимая головы. — Благодарю тебя. Благодарю за спасение нашей матери.

Я сделала вид, что не заметила ее поклона, и прошла мимо, к кровати. Сердце во мне заколотилось, но я не подала вида. Я уселась на краешек ложа, прямо напротив Ван Яньси.

— Ли Ся, не оставишь нас наедине?

— А можно? — спросила она, и я почувствовала, что сестрица только и ждет момента, чтобы сбежать.

Что Ли Ся, что Ли Цзяо обожали и боготворили свою мать, но к физическому труду не привыкли. Сейчас они дежурили по очереди, выполняя наказ генерала Сюй Цзе.

— Можно, уходи, — кивнула я. — Вернешься через час.

— Я все сделаю, — пообещала девушка.

Она прикрыла за собой дверь, а я подошла к окну, чтобы отодвинуть ставни и впустить свежий воздух.

— Как вы себя чувствуете, матушка? — спросила я, оглянувшись на бледную и болезненную Ван Яньси.

— Лучше, дочь, — ее голос был хриплым шепотом. — Мне известно, что мое выздоровление произошло благодаря тебе. Я… я не знаю, как теперь с тобой обходиться.

— Не совершать козней, не выискивать мои ошибки, не притворяться, — отстраненно заявила я. — Да, вы можете не притворяться, — посмотрев ей прямо в глаза. — Мы обе знаем, что эта болезнь не случайность. И мы обе знаем, для кого вы шпионили.

Ее взгляд метнулись в сторону, к стене, к окну, к потолку.

— Что ты… что ты несешь? Я не…

— Не продолжайте себя закапывать, матушка, — я повысила голос, и он зазвенел, как сталь. — Вы были дурой, Ван Яньси. Глупой, слепой и наивной. Небеса, чем вы думали? Ладно бы вы рисковали своей жизнью? Но вы рискуете собственными детьми! Что станет с Ли Цзяо и Ли Ся, если правда всплывет? Если окажется, что их мать — предательница, впутавшаяся в заговор против трона? Вы думали об этом? Или вас так ослепили обещания вашей сестры?

Она смотрела на меня с растущим ужасом, ее губы дрожали.

— Какие… какие обещания?

— Вас отравили, — сказала я безжалостно. — Вы хоть это поняли? Тот, кому вы служили, решил, что вы стали слабы. Что вы можете проболтаться. И они пришли к выводу, что лучше убрать вас, как ненужную улику. Ваша же сестра, Ван Гуйжэнь, или кто-то из ее прихвостней, поднесла вам яд. Вы были для них пешкой, и пешку эту решили принести в жертву. Благодарите богов, потому что я уже знала, как выводить подобное. И если бы я промедлила, вас бы уже не стало.