Книга Нежеланная гувернантка снежного князя, страница 31 – Алекс Скай

На этот раз рыжебородый слуга не удержался и тихо хмыкнул. Мира испуганно обернулась.

— Я плохо сказала?

Слуга тут же побледнел.

Алиса мягко произнесла:

— Нет. Просто некоторые взрослые тоже не всегда умеют смеяться спокойно.

Мужчина поклонился, всё ещё бледный.

— Простите, княжна. Это было… доброе хмыканье.

Мира недоверчиво посмотрела на него.

— Бывает доброе?

— Кажется, да, — сказал слуга и покосился на Алису, будто сам не был уверен, разрешено ли ему продолжать. — Когда сказано верно.

Эйран впервые посмотрел на слугу не как на часть стены.

— Стены правда старые.

— Очень, наследник.

— Значит, им правда трудно.

Слуга снова поклонился. Но теперь не от страха. Скорее от какой-то странной неловкости, будто ребёнок князя вдруг заговорил с ним как с человеком.

Леди Берта пошевелилась в углу, но промолчала.

Обед прошёл без чудес. И именно это казалось чудом.

Мира съела половину своей порции, потом печёное яблоко. Эйран ел мало, но не бросил ложку, не ушёл к окну, не замкнулся полностью. Алиса не превращала трапезу в урок, только иногда спрашивала о простом: тёплая ли еда, удобно ли сидеть, не дует ли от окна. Дети отвечали коротко. Но отвечали.

Когда слуги убрали посуду, Алиса объявила второе правило дня:

— После обеда прогулка.

Тишина упала мгновенно.

Мира посмотрела на брата.

Эйран — на леди Берту.

Леди Берта — на Алису.

— Во дворе, — добавила Алиса. — На десять минут. Его светлость разрешил.

— Нет, — сказал Эйран.

Не испуганно. Жёстко.

— Почему? — спросила Алиса.

— Двор смотрит.

— Да.

— Статуи тоже.

— Возможно.

— И окна.

— Окна точно.

Мира сползла со стула и прижала к себе стеклянную птицу, которую принесла из галереи.

— Там белый волк с трещиной.

— Я видела.

— Он кусается, если дети выходят неправильно.

Алиса медленно присела, чтобы не нависать над девочкой.

— Кто тебе это сказал?

Мира молчала.

Эйран ответил вместо неё:

— Все знают.

— «Все знают» часто означает, что никто не помнит, кто придумал.

— Его ухо откусили, — прошептала Мира.

— У статуи?

Девочка кивнула.

— Потому что он не уследил.

Алиса посмотрела на леди Берту.

Управляющая стояла неподвижно, но лицо её стало каменным.

— За кем не уследил? — спросила Алиса.

Мира прижала птицу к губам.

— За мамой.

Воздух в комнате дрогнул.

Леди Берта резко сказала:

— Прогулка отменяется.

— Нет, — ответила Алиса, не повышая голоса.

— Вы слышали княжну.

— Слышала. Поэтому прогулка нужна ещё больше.

Эйран шагнул к сестре.

— Она не пойдёт.

— Если Мира скажет, что не хочет, мы не потащим её силой.

— Я не хочу, — быстро сказала Мира.

— Хорошо.

Леди Берта с видимым облегчением взяла ключи.

— Тогда дети возвращаются…

— Но можно не хотеть и всё равно попробовать маленький кусочек. Не двор. Не статуи. Сначала коридор к двери. Потом порог. Потом один шаг наружу. На каждом месте можно остановиться. На каждом месте можно сказать «назад».

Мира смотрела на неё широко раскрытыми глазами.

— Правда назад?

— Правда.

— И вы не скажете, что я плохая?

— Нет.

— И леди Берта?

Алиса повернулась к управляющей.

Берта сжала губы. На её лице было написано всё, что она думает о гувернантках, которые устраивают переговоры с пятилетними княжнами при слугах.

— Леди Берта? — мягко, но твёрдо сказала Алиса.

— Не скажу, — произнесла управляющая сквозь зубы.