Книга Отвергнутая на Земле избранная в космосе, страница 116 – Таруна Поддубная

— Здесь кто-то пытался удержать шлюз, — сказал он через несколько секунд. — Сначала был сбой, потом ручное запирание. Потом… — Он замолчал, и мне почему-то стало очень не по себе еще до того, как он договорил. — Потом систему резали.

— В каком смысле резали? — спросил Раэль.

— В прямом. Не взрывом. Не ударом. Точечно. По цепям управления.

Крупный мужчина, до этого молча шедший позади второй группы, наконец подошел ближе:

— То есть это было сделано сознательно.

— Да, — коротко ответил Урих. — И недавно.

В динамике кто-то очень тихо выругался.

А я в эту секунду вдруг особенно остро поняла, насколько неправильно колотилось у меня сердце. Не просто быстро. Не от страха. А так, будто внутри снова начинало пробуждаться то странное, необъяснимое чувство, из-за которого я когда-то полезла спасать ребенка на станции и потом оказалась внутри остановившегося времени. Оно еще не было ясным, не было сильным, но уже царапало изнутри, тянуло куда-то дальше и левее, не к двери, у которой мы сейчас столпились, а к следующему повороту коридора.

— Ольга, — окликнул меня Урих. — На меня посмотри.

Я моргнула и подняла голову:

— Что?

— Ты побледнела.

— Мне просто не нравится это место, — сказала я, хотя прекрасно понимала, что это только часть правды.

Он всмотрелся в меня внимательнее, явно пытаясь понять, не происходило ли со мной опять что-то странное, но времени на расспросы не было. Урих уже вскрыл панель окончательно, заставил дверь дернуться, потом еще раз, и наконец створки разошлись с таким неприятным, скрежещущим звуком, что у меня свело зубы.

За дверью оказался короткий коридор, заваленный контейнерами и сорванными креплениями. Свет здесь почти не работал, только в дальнем конце мигала тревожная полоса, от которой все помещение казалось больным, пульсирующим и слишком тесным.

— Два сигнала прямо за перегородкой, — сказал один из мужчин, сверившись с браслетом. — Еще один дальше. Слабый.

— Берем ближних, — приказал Раэль. — Быстро. Урих, ты со мной. Остальные страхуют выход.

Но я уже не смотрела на дверь впереди. Меня все сильнее тянуло в сторону. К следующему боковому проходу, почти утонувшему во тьме.

Это было так глупо, так неуместно и так трудно объяснимо, что я сама на секунду разозлилась на себя. Не время. Не место. Не до моих ощущений сейчас. И все же это чувство не отпускало. Оно тянуло почти физически, как тянут за невидимую нить, и чем дольше я пыталась его игнорировать, тем сильнее внутри поднималось убеждение: если мы сейчас пойдем только по карте и сигналам, то пропустим что-то важное.

— Урих, — позвала я тихо.

Он даже не обернулся:

— Не сейчас.

— Нет, сейчас, — сказала я уже тверже. — Там кто-то есть.

На этот раз обернулись оба. И Раэль, и Урих. Причем по их лицам я сразу увидела, что они прекрасно поняли, о каком именно «есть» я говорила.

— Где? — спросил Раэль слишком быстро.

Я подняла руку и указала в темный боковой проход:

— Там.

— У тебя сигнал? — резко спросил Урих.

— Нет.

— Тогда что?

И вот тут я почти взбесилась от бессилия, потому что как можно было объяснить то, чего я сама не понимала? Что мне не пришло сообщение? Что я не услышала зов? Что я ничего не видела, но меня будто за руку кто-то тянул именно туда? Как это можно было описать так, чтобы они не решили, будто у меня просто сдали нервы на фоне катастрофы?