Книга Последний танец Снежинки, страница 40 – Тина Солнечная

Нужно выйти в поле.

Может, мои люди уже что-то слышали.

Я поднимаюсь, собираясь выйти. Калеб замечает это и сразу хмурится.

— Куда ты идёшь? — его голос ровный, но в глазах настороженность.

— Хочу прогуляться. — Я слишком небрежно бросаю слова и уже знаю, что он не купится.

— Правда? — Он встаёт, скрещивает руки. — Попробуем ещё раз. Куда ты на самом деле идёшь?

Я вздыхаю, развожу руками.

— Попытаюсь найти информацию.

— Тогда я пойду с тобой.

— Не нужно.

— Нужно, Эви.

— Калеб, — я качаю головой, чувствуя, как внутри всё напрягается. — Это не твоя территория. Я справлюсь сама.

Он смотрит долго, не моргая.

— Это опасно.

— Я знаю.

— Тогда почему ты настаиваешь?

— Потому что со мной будут разговаривать только если я одна. И опасно это скорее для тебя.

Он стискивает зубы.

— У тебя есть три часа. Потом я тебя найду.

Я едва сдерживаю улыбку.

— О, боишься, что я потеряюсь?

— Я боюсь, что тебя кто-нибудь прирежет в тёмном переулке.

Я улыбаюсь шире.

— Поверь, если кто-то попробует, у него будут очень тяжелые последние минуты.

Калеб смотрит ещё несколько секунд, потом коротко кивает.

— Три часа, Эвелин. Ни минутой больше.

Я пожимаю плечами и направляюсь к выходу.

Калеб тоже выходит из участка, и мне не нужно быть телепатом, чтобы почувствовать его нервозность. Он не в восторге от того, что я иду одна, но даёт мне этот шанс.

Я делаю пару шагов, но тут же понимаю, что забыла на столе бумажку с выписанными приметами. Вздохнув, разворачиваюсь и быстро возвращаюсь в кабинет.

Когда тянусь за листком, моя рука задевает деревянный куб, который остался на столе. Дерево неожиданно царапает кожу. Буквально крохотный порез, крошечная капля крови…

И коробка открывается.

Я замираю, наблюдая, как грани начинают сдвигаться, словно живые механизмы. Внутри — сложенные вчетверо пергаментные листы.

Я осторожно беру их, развертываю, и сердце делает резкий скачок.

«Если хочешь найти того, у кого королевская вещица, приходи по этому адресу».

Адрес указан чётко, без лишних пояснений. Я читаю дальше и чувствую, как внутри всё холодеет.

Сегодняшняя дата.

А время…

Чёрт.

Через двадцать минут.

Ещё одна приписка: «Приходи одна».

Это даже не обсуждается.

Времени искать Калеба просто нет.

Я стараюсь не бежать по коридору, чтобы не привлекать внимания, но как только оказываюсь за пределами участка, со всех ног несусь к указанному месту.

Я мчусь через город, лавируя между прохожими, едва не сбивая какую-то торговку с корзиной яблок. Она что-то кричит мне вслед, но я даже не оглядываюсь.

Времени мало.

Я знаю этот город лучше, чем кто-либо из ищейек, поэтому вместо того, чтобы идти по основным улицам, сворачиваю в знакомые узкие переулки — короткие, скрытые пути, которыми пользуются только воры, контрабандисты и беглецы. Здесь можно легко исчезнуть из виду, а главное — сократить время.

Я перепрыгиваю через низкий забор, спрыгиваю на мостовую, скольжу по сырому булыжнику, выравнивая равновесие, затем пробираюсь между двух тесных домов, затаив дыхание, чтобы не зацепиться за выступающие доски.

Десять минут.

Я ускоряюсь.

Миновав ещё один двор, выбегаю на нужную улицу. Дом, который я ищу, заброшенный или полузаброшенный.

Он выглядит так, будто вот-вот обрушится. Старые деревянные перекрытия, полустёртая вывеска над некогда торговым павильоном, заколоченные окна на первом этаже, но открытые ставни на втором.