Книга Целительница против слепого дракона, или Как (не) убить больного, страница 93 – Лия Совушкина

— Дракон тут ни при чём, — отбивался Деймос. — Это Эйра её работой загружает.

— Неправда, — фыркая, заявила я, шлёпая мужчину полотенцем. — Лили сама хочет учиться.

Лили хихикала и убегала, оставляя нас втроём с Лорой, которая вздыхала и говорила: «Молодые, молодыми глупостями страдаете. А мне бы названых внуков уже нянчить».

Внуков пока не было. Мы не спешили. Дракон боялся, что я не выдержу родов, хотя я объясняла: я лекарь и знаю, как это делается. Деймос кивал, но в глазах застывал такой ужас, что я откладывала разговоры на потом. У нас будет время. Вся жизнь впереди.

Мужчина преподавал в академии два раза в неделю — вёл курс боевой магии и защиты от демонических тварей. Говорили, что мой дракон стал лучшим преподавателем за последние сто лет. Адепты его обожали, даже не столько за знания, сколько за харизму. Иногда я приезжала к Деймосу на лекции — сидела в последнем ряду, смотрела, как он стоит у доски, водит указкой по схемам, объясняет сложные формулы простыми словами. Мужчина замечал меня, улыбался, и я видела, как адепты перешёптываются: «Смотрите, жена приехала». Некоторые из них считали меня почти святой — за то, что я вылечила дракона от слепоты. Я не разубеждала.

— Как дела в академии? — спросила я за завтраком.

— Хорошо, — Деймос отодвинул пустую тарелку. — Новый набор, есть талантливые ребята. Одна девочка, Мира, уже умеет выставлять щит — в свои шестнадцать. Я говорю, через пару лет переплюнет меня.

— Переплюнуть дракона? — я подняла бровь.

— А что такого? — мужчина пожал плечами. — В молодости я был самонадеянным дураком. Если бы кто-то вовремя меня направил…

— Тебя направила я, — напомнила я. — И ты до сих пор дурак.

— Но твой дурак, — Деймос поцеловал меня в лоб.

Я улыбнулась. За год мы научились говорить друг с другом без обид и недомолвок. Ссорились, конечно, но быстро мирились. Дракон больше никогда не называл меня слабой — я бы не простила второй раз. Но и мне пришлось научиться, что мужчина не умеет читать мысли. Если мне что-то нужно — я прошу. Если я обижена — я говорю. Мы учились быть парой, и это оказалось сложнее, чем любая магия.

После завтрака Деймос улетел в академию — я смотрела, как его серебряная чешуя сверкает в лучах утреннего солнца, и чувствовала гордость. А я поспешила в лавку. Пациенты уже ждали.

Первым пришёл старый рыбак с больной спиной — тот самый, что помог мне в Линдоре. Он переехал в наши края, когда узнал, что я открыла лавку здесь. Сказал, что «такого лекаря и за сто лиг искать надо». Я выписала ему мазь, дала настойку, пожелала здоровья.

Потом пришла женщина с ребёнком — у малыша резался зуб, он плакал и капризничал. Я дала отвар ромашки, погладила по голове. Женщина поблагодарила, ушла. Затем появился местный кузнец — поранил руку о раскалённый металл. Я промыла рану, зашила, наложила повязку. Кузнец кряхтел, терпел, как герой.

— А где ваш помощник? — спросил он, оглядываясь. — Дракон-то где?

— В академии, — ответила я. — Лекции читает.

— Жалко, — кузнец усмехнулся. — Мы с ним в прошлый раз про мечи говорили. Он обещал показать, как магией закалять.

— Приходите на следующей неделе, — пообещала я. — Покажет.

Кузнец ушёл, а я осталась одна. Разобрала травы, проверила запасы, записала новые рецепты. Работа спорилась, время летело незаметно.

К обеду вернулся Деймос. Я услышала хлопанье крыльев, потом скрип двери. Мужчина вошёл в лавку, всё ещё запыхавшийся после полёта, с растрёпанными волосами и раскрасневшимися щеками.

— Как дела? — спросил дракон.

— Отлично, — я кивнула на стопку чистых склянок. — А у тебя?

— Адепты взорвали лабораторию, — мужчина вздохнул. — В третий раз за месяц.

— Надеюсь, никто не пострадал?

— Нет, но потолок пришлось чинить. Магией.

Я рассмеялась. Деймос подошёл, обнял меня сзади, положил подбородок на плечо.

— Скучал, — сказал дракон.

— Я тоже, — ответила я.

Мы стояли так посреди лавки, среди банок со снадобьями и пучков сушёных трав, и я чувствовала, что всё правильно. Всё, как должно быть.

— Деймос, — сказала я тихо.

— М-м-м?

— Я люблю тебя.

— Я знаю, — мужчина поцеловал меня в щёку. — И я тебя.

За окном светило солнце. Где-то вдалеке пели птицы, в наглый чёрный кот тёрся о ноги дракона, выпрашивая очередное лакомство.

Год спустя мы оставались вместе. И это оказалось главным. А всё остальное — просто жизнь. Тихая, счастливая, полная маленьких радостей и больших планов. И я ни за что не захотела бы что-то изменить, представься мне такой шанс.