Книга Три зубастых герани для мадам Розмен, страница 93 – Кристина Миляева

Что касается самих гераней, они продолжали расти. Медовый так разросся, что занял полкухни и даже начал потихоньку вылезать в коридор. Его цветы пахли теперь не только мёдом, но и чем-то ещё — ванилью, корицей, а иногда, когда Алисия грустила, вдруг начинали пахнуть дождём и мокрой травой, как в тот день, когда она впервые вошла в этот дом. Полынный, наоборот, стал меньше и компактнее, зато его горький дым теперь имел лечебные свойства — когда у кого-то болела голова, достаточно было посидеть рядом с ним, и всё проходило. Соседи приходили лечиться, и Полынный стал главной достопримечательностью района.

А Просто Кусачий… Просто Кусачий остался верен себе. Он кусал всё, что плохо лежало, и многое, что лежало хорошо. Его любимые цели: тапки Алисии, штаны принца, рукава графа, салфетки барона (даже вышитые) и, конечно, почтальон, который приносил письма. Почтальон теперь носит кожаные штаны, специально для визитов на Тупиковую, и получает от вдов надбавку к жалованью за вредность.

Самые удивительные изменения произошли с призраками. Эльза, которая сто лет только и делала, что вздыхала и вспоминала свою несчастную любовь, вдруг закрутила роман с садовником. Да-да, с тем самым, который всё искал лопату. Оказалось, что он вовсе не садовник, а бывший управляющий, и лопату он ищет не простую, а ту самую, которой его убили при загадочных обстоятельствах. Эльза теперь помогает ему в поисках, и они вместе шаркают по подвалам, тихо переговариваясь. Говорят, она даже научилась свистеть, чтобы подавать ему сигналы.

Графиня-кошатница, которая когда-то хотела выжить Алисию из дома, теперь стала её самой преданной союзницей. Она следит за тем, чтобы коты были накормлены, призрачные кошки не хулиганили, а живые коты — а их в доме набралось уже около десятка, потому что Алисия не могла отказать ни одному бездомному животному — вели себя прилично. Однажды графиня даже организовала кошачью выставку прямо в гостиной, и на неё пришло полгорода. Император, узнав об этом, прислал своего личного кота, который, впрочем, проиграл в конкурсе «Самая пушистая задница» какому-то дворовому Ваське.

Мальчик Томас, который раньше только стучал мячом и ни с кем не разговаривал, вдруг заговорил. Оказалось, что он заикался при жизни, а после смерти стеснялся своего голоса. Но Алисия сказала ему: «Здесь все свои, можешь говорить как хочешь», — и он начал. Сначала тихо, потом громче, а теперь его слышно на всю улицу. Он рассказывает истории о том, как жил в этом доме сто лет назад, и соседи приходят слушать, особенно когда хотят узнать, где в старых стенах проложены трубы или какие фундаменты.

Служанка, которая всё плакала, тоже перестала. Она нашла себе занятие: помогает графине ухаживать за котами, а по ночам рассказывает призрачным кошкам сказки, чтобы они лучше спали. Кошкам нравится, они мурлыкают, и этот звук разносится по всему дому, убаюкивая всех.

Алисия иногда сидит вечерами в саду, смотрит на огни города и думает о том, как всё странно устроено. Если бы не тот день, если бы не тот плевок, если бы не старик на кладбище… Она гладит герани, и они воркуют, и в этом ворковании слышится: «Всё правильно. Всё как надо».

Соседи к ней привыкли. Теперь на Тупиковой улице, которая раньше считалась проклятой, самый высокий спрос на жильё. Все хотят жить рядом с домом, где живёт та самая Алисия с её геранью, потому что с тех пор, как она поселилась, здесь перестали пропадать вещи, а у соседских детей перестали болеть животы. Говорят, если посидеть у забора и загадать желание, когда герань начнёт щёлкать, оно обязательно сбудется. Вдовы подтверждают: троим уже сбылось. Правда, желания были скромные: у одной скисшее молоко вновь стало свежим, у второй нашёлся потерянный носовой платок, а третья просто хотела, чтобы свекровь перестала к ней приезжать. Свекровь, кстати, заболела и не приезжает до сих пор.

Так что если вы когда-нибудь окажетесь в Варнергоре и услышите, как на Тупиковой улице раздаётся дружное щёлканье, а из сада доносится кошачье мяуканье и чей-то радостный смех, — знайте: это Алисия и её семья снова что-то затевают. Может, принц решил запустить очередную модель «Икара». Может, граф устроил скачки на призрачном коне. Может, барон вышивает новую салфетку, на которой вместо герани вдруг появился портрет самой Алисии. А может, просто герани решили, что наступил тот самый момент, чтобы указать путь.

Куда? Не спрашивайте. Они не скажут. Только защелкают загадочно и заворкуют, а потом вдруг все вместе — и призраки, и коты, и вдовы, и трое мужчин — рассмеются, и этот смех разнесётся по всей Тупиковой, и вам непременно захочется к ним присоединиться.

Потому что счастье, знаете ли, оно такое: им хочется делиться. Даже если это счастье с зубами, с мясом, с призраками и с тремя мужчинами, которые до сих пор не могут поделить диван.

А герани всё так же воркуют по ночам. Указывают путь. Куда — не скажут. Скажут только, когда придёт время.

Но это уже совсем другая история.