Книга Три зубастых герани для мадам Розмен, страница 33 – Кристина Миляева

Когда я впервые увидела себя в зеркало (старое, мутное, но Эльза уверяла, что оно помнит лучшие времена), я не узнала себя. Из тёмной глубины стекла на меня смотрела незнакомка — загадочная, элегантная, с тоской в глазах, которую можно было принять за томность. Графиня Алисия фон Брауншвейг исчезла. Родилась новая женщина. Алисия фон Хоффман, вдова, готовая к приключениям.

— Хороша, чертовка, — одобрила Эльза, паря у меня за спиной. — Эти вдовы знают своё дело. Ты будешь там королевой.

— Я буду там никем, — поправила я, но в зеркало улыбнулась.

Герани на подоконнике дружно защёлкали, выражая восторг. Тот, что с мёдом, даже выпустил ещё один цветок, наполнив комнату сладким ароматом.

— Перестаньте, — смутилась я. — Ещё расплачусь и размажу тушь.

Вечером за мной заехала карета, нанятая Обществом. Внутри уже сидели фрау Шелленберг, Эмма и баронесса фон Виттен — все трое в роскошных нарядах и масках. Баронесса, несмотря на возраст, выглядела величественно, как старый, но ещё крепкий дуб. Эмма была в зелёном, под цвет своих томных глаз. Фрау Шелленберг выбрала бордовое, с золотым шитьём — шла ей, делала моложе.

— Ну, с богом, — сказала баронесса, когда карета тронулась. — Держитесь нас, не теряйтесь. И помните: до полуночи мы инкогнито. После — можно снимать маски, если захотите.

Дворец наместника сиял огнями, как рождественский пирог, утыканный свечами. Тысячи ламп, канделябров, люстр заливали светом мраморные залы, лестницы, колоннады. Гости прибывали непрерывным потоком: кареты, экипажи, какие-то диковинные механические коляски, пыхтящие паром. Звучала музыка, смех, говор на десятке языков.

Я ступила на мраморный пол парадной лестницы и почувствовала, как у меня подкашиваются колени. Слишком много воспоминаний. Слишком похоже на тот день, когда я шла к свадебной арке. Только сейчас вместо цветов под ногами был холодный камень, а вместо жениха — сотни незнакомых масок.

— Дышите глубже, — шепнула Эмма, беря меня под руку. — Выше нос. Вы здесь не жертва, вы охотница. Помните.

Мы вошли в главный зал. Он был огромен — потолок терялся где-то в вышине, колонны уходили в бесконечность, а в центре, под главной люстрой, кружились пары. Оркестр играл вальс, и звуки его плыли над головами, как сладкий, тягучий мёд.

— Разойдёмся, — скомандовала баронесса. — Так больше шансов. Встречаемся у фонтана с шампанским в час ночи. Удачи, девочки.

И они растаяли в толпе, оставив меня одну.

Я стояла у колонны, сжимая веер, и пыталась унять дрожь. Вокруг кипела жизнь: дамы в масках, кавалеры во фраках и мундирах, лакеи с подносами, нагруженными бокалами. Ко мне несколько раз подходили мужчины, приглашали на танец, но я отказывалась — язык не поворачивался, ноги не слушались.

— Не хотите танцевать, прекрасная незнакомка? — раздался голос за спиной.

Я обернулась. Передо мной стоял мужчина в маске, но даже сквозь неё я узнала его. Светлые волосы, улыбка, заразительная и открытая. Граф Рудольф фон Эйленбург. Он был в тёмно-синем фраке, идеально сидящем, и пахло от него чем-то дорогим и свежим.

— Я… я не танцую, — выдохнула я.

— Жаль, — он склонил голову набок, разглядывая меня. — А мне показалось, что я вас знаю. Мы не встречались?

— Вряд ли, — ответила я, радуясь, что маска скрывает моё вспыхнувшее лицо. — Я не местная.