Книга Остров Спящей Женщины, страница 119 – Артуро Перес-Реверте

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Остров Спящей Женщины»

📃 Cтраница 119

Через полминуты Кательос опустил ружье, повесил его на плечо и продолжил путь. И думал о кролике, покорно и спокойно приемлющем свой удел; о пейзаже на острове, о море и мире, от которых он был так далек. Всю свою жизнь люди бродят вокруг собственной могилы и отличаются друг от друга тем лишь, как предстают перед ней. Порою, вот как сейчас, но все чаще и чаще барон чувствовал себя равнодушным наблюдателем, подобным тому римлянину, который смотрел из окна своей библиотеки, как варвары грабят Рим, насилуют почтенных матрон, убивают богатых горожан в их жилищах, как толпа несется по улицам с криками ужаса, как пылают – разумеется, вместе со жрецами – храмы древних богов. А вы чего ожидали, глупцы, думал, наверно, тот римлянин, поднося к губам последний кубок с вином из своего погреба, который в самом скором времени будет опустошен, как и весь город. И, быть может, жалея, что уже слишком стар, чтобы присоединиться к варварам.

Он обсуждал это с женой до того, как затвориться на острове, когда они еще путешествовали по Европе и их разговоры еще не сменились сплошными паузами. Они позавтракали в неаполитанском отеле «Везувий», выходившем на замок и маленькую гавань, которые были припорошены снегом, потому что город накрыла небывалая даже для января метель. Барон, как уже повелось к этому времени, произносил монологи, мрачно и горестно сетуя на то, сколько всего унесла с собой последняя война: неизбежный финал безнадежно гибнущей эпохи. Европа нуждается в силе, говорил он, глядя на балкон, еще мрачнее обычного – вероятно, из-за скверной погоды. Она перестала вырабатывать идеи, влияющие на мир. Англии, Италии, Германии, Греции не хватает решимости и воли. Даже варвары теперь стали вульгарны: их сменили анархисты, коммунисты, нацисты или фашисты, претендующие на место за нашим общим столом. И в этот миг Лена, лежавшая на кровати в белом бурнусе и с чашкой кофе в руках, молча окинула мужа долгим взглядом, прежде чем саркастически произнести слова, которые навсегда отбили у барона охоту к подобным сетованиям:

— Естественно, что тебя беспокоит твоя бедная Европа. Если все усядутся за стол, кто будет подавать?

Рядом с дорогой высились развалины тюрьмы – лишенной крыши, с выщербленными стенами, с окнами, сквозь которые виднелось небо. Разум способен воспринимать только знаки, подумал барон, и эти свидетельствовали о finis terrae[69]. А склонность к возведению тюрем – или нужда в этом – есть один из явных знаков Истории: наравне с тягой человека к зачатию и к убийству она относится к числу древнейших.

Выбрав тенистый уголок, барон прислонил к стене ружье, повесил на него патронташ с притороченным к нему кроликом и достал книжку in octavo[70] – старинное издание «Писем к немецкой принцессе…» Эйлера[71], присел и погрузился в чтение:

Верят (с полным основанием), что Бог действительно желает счастья людям, и очень удивляются тому, что устройство нашего мира так отличается от плана, который, как им представляется, наиболее пригоден для достижения этой цели…

И улыбнулся про себя. Разные есть способы реагировать на подобное удивление, которое разум рано или поздно сделает неизбежным, и барон выбрал для себя безразличное пассивное созерцание, порой приправленное желчью, укрепленное пренебрежительным высокомерием, присущим его сословию. Сословию, сознающему, что его приговорили современное общество, политика и будущее. С мыслями об этом он поднял глаза от книги, скользнул взглядом по развалинам и остановил его на море. Вот и Лена, подумал он миг спустя, выбрала свою собственную траншею, причем она не вычитала это из книг и даже не усвоила благодаря житейским перипетиям. Выживать во враждебном окружении, превращая себя в самое опасное существо – для чего было много способов, – не всякому дано: для этого требуется нечто вроде врожденного инстинкта, который женщину способен превратить в холодное, опасное животное. Кательос не встречал и даже не мог вообразить себе ничего более безжалостного, нежели безмолвная ярость раненой самки, способной источать ее неторопливо, каплю за каплей, с горьким и умным отчаянием.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь