Книга Ненужная избранница дракона, страница 93 – Виолетта Вейл

Потом зеркало стало черным, и дракон исчез в серебряном огне.

Картинка сменилась.

Другая эпоха. Другая женщина Велисс. Юный наследник Рейвендаров стоит перед ней, умоляя:

— Если меня не признают, брат заберет источник.

— Твой брат уже связан с ложной клятвой. Если ты примешь власть, погибнешь. Если он примет — погибнут все.

— Тогда выбери меня.

— Хранители не выбирают вместо Зерцала.

Картинка снова рванулась.

Третья. Четвертая. Пятая.

Велисс стояли рядом с драконами в моменты, где решалась власть. Иногда спасали. Иногда останавливали. Иногда произносили слова, после которых сильных наследников лишали права на источник. Осколок показывал только одно: Велисс были рядом с падением драконов.

Но не показывал, почему.

Эдмар ловко выбрал больную часть правды.

Я поняла это так ясно, что видение не успело меня сломать.

— Довольно, — сказал Каэл.

Грозовая магия ударила по коридору, и видение рассыпалось.

Эдмар даже не пошатнулся. Белый осколок в его руке остался цел.

— Видишь? — спросил он. — Твой любимый род хранителей веками стоял над Рейвендарами с правом решать, кто достоин жить, править, любить, иметь детей, продолжать кровь. Они называли это свидетельством, но по сути держали драконов на поводке правды. Твоя мать связалась с ними — и погибла. Теперь эта девочка пришла закончить начатое.

Каэл молчал.

Я не смотрела на него. Боялась увидеть сомнение. Еще сильнее боялась почувствовать его через связь.

Но почувствовала другое.

Боль — да. Шок — да. Но под ним не было прежнего слепого холода. Он смотрел уже не как человек, которому показали удобную страшную сказку. Он искал, чего в ней не хватает.

— Ты показал следствия, — сказал он. — Не причины.

Эдмар чуть сузил глаза.

— Что?

— В каждом видении Велисс появлялись, когда источник уже был поврежден или клятва уже искажена. Ты показал падение драконов, но ни разу не показал, что Велисс начали это первыми.

Серебряная нить на моем запястье вспыхнула мягким теплом.

Каэл сделал шаг вперед.

— Ты учил меня смотреть на боль и делать из нее вывод. Сегодня я впервые смотрю не туда, куда ты указываешь.

Эдмар побледнел, но быстро вернул лицу спокойствие.

— Тебя уже отравили ее словами.

— Нет. Меня слишком долго отравляли твоими.

Удар был тихим, но точным.

Селена прошептала:

— Каэл…

Он не обернулся.

— Двенадцать лет ты говорил мне, что моя мать погибла из-за неправильной избранницы. Сегодня источник показал, что она пыталась остановить ложную клятву. Двенадцать лет ты держал меня подальше от брачной книги родителей. Сегодня я нашел под ней твою подпись. Двенадцать лет ты называл Велисс предателями. Сегодня ты стоишь передо мной с осколком первого зеркала, которое сам прятал.

Эдмар резко поднял осколок выше.

— Я прятал его, потому что такие, как ты, не выдерживают полной правды.

— Нет, — сказала я. — Вы прятали его, потому что полная правда не подчиняется вам.

Он повернул голову ко мне.

В его взгляде было столько холодной ненависти, что связь с Каэлом на миг вспыхнула защитной болью.

— Ты очень быстро поверила, что имеешь право говорить, чужачка.

— Мне не нужно ваше разрешение, чтобы быть живой.

— Живой? — он усмехнулся. — Ты даже имени своего не помнишь.

Вот это ударило.

Но я удержалась.

— Значит, буду жить тем, которое пытались стереть вы.