Книга Гербарий Жанны, страница 115 – Изабель Шави

В сопровождении двух охранников, следуя за туземцем-проводником, Жанна с Филибером отправились в путь с первыми лучами рассвета, нагруженные как волы. Под весом снаряжения ботаники шатались и замедляли движение маленькой группы.

Выстроившись цепочкой, французы послушно следовали за проводником через тропический лес, с грехом пополам пробираясь там, где не было никакого прохода, спотыкаясь о корни, путаясь в лианах и увязая во влажной земле. Под пологом леса раздавался неумолчный шум. Филибера и Жанну мучила царящая здесь влажная жара и донимали насекомые, которых безумно возбуждал запах человеческого пота. Лес был таким густым, а его полог таким плотным, что лишь иногда удавалось разглядеть кусочек неба. Тропики словно поглотили людей, лишив возможности ориентироваться.

Учитывая, что время поджимало, а долина была еще далеко, не следовало медлить, если они хотели вернуться до ночи. Следуя за Филибером по пятам, Жанна изо всех сил старалась не отставать, хотя плечи оттягивал тяжелый мешок, а ружье при каждом шаге больно впивалось в бедро. Бросив наблюдать за лесом, она уставилась себе под ноги, сосредоточившись и тяжело дыша. Нагруженная до предела, молодая женщина постоянно спотыкалась, проваливаясь в липкую почву, и приходилось изо всех сил карабкаться наверх, цепляясь за лианы и стволы. Дыхание двух солдат за спиной напоминало шум кузницы. Судя по всему, они тоже были на пределе своих возможностей, истекающие потом и багрово-красные.

Но путешествие стоило труда: вид долины после нескольких часов ходьбы поражал великолепием. Настоящий растительный собор, проникнуть в который имели возможность очень немногие. Для Филибера было очевидно, что он обнаружил последний участок девственного леса, который, должно быть, покрывал Землю на заре времен. Эмоции захлестывали, на глаза наворачивались слезы. Некоторые пальмы – «князья растительного мира», как писал Линней, – достигали тридцати метров в высоту, а листья вытягивались на шесть метров. Гиганты! Некоторым деревьям было несколько столетий, и они произрастали в своем неприкосновенном убежище. Над головами путешественников крики черных обезьян вторили изумленным восклицаниям людей. Охваченный эйфорией, Филибер немедленно приступил к работе, и Жанна последовала его примеру. Здесь нашлись не один, а несколько видов, существующих в идеальном симбиозе. Так много нужно увидеть, классифицировать и зарисовать! Но больше всего исследователей привлекала легендарная морская кокосовая пальма: местное дерево, которое больше нигде не встречалось; ее орех, тяжелый и плотный, напоминал пару пухлых ягодиц. Охваченный настоящей одержимостью, Филибер ни за что на свете не хотел упустить такое открытие, преисполненный решимости стать первым европейцем, подробно описавшим сказочное растение. Удача всей жизни, мечта любого ботаника, достойного называться таковым: открыть и описать новый вид! Исследователи не заметили, как пролетело время. Но в этих широтах темнота наступала рано и быстро, и о том, чтобы быть застигнутыми ночью в джунглях, не могло быть и речи. Тогда Филибер решил взять с собой несколько орехов, и они двинулись в обратный путь еще более нагруженные, чем когда шли туда, включая солдат, которых Коммерсон привлек к благому делу.