Книга Тайна поместья Эбберли, страница 125 – Анна Свирская

Прежде чем она сообразила, что делает, Айрис махнула ему рукой, как старому приятелю. Она тут же опустила руку, для надёжности даже спрятала за спину, но Годдард всё видел.

Он перешёл улицу и направился к ней.

— Я думала, вы уезжаете в Лондон на выходные, – сказала Айрис и тут же поправилась, вспомнив, что вчера, в субботу, Годдард был на кладбище: – На выходной.

— Не имеет смысла ездить туда-сюда, – сказал Годдард. – Уеду во вторник, насовсем, если станет понятно, что это дело… затягивается окончательно.

— А что будет во вторник? – спросила Айрис.

— Обещали завершить вторую экспертизу, на этот раз в Лондоне. Правда, они не торопятся браться за моё дело. Лаборатория завалена работой, и есть дела, где преступников можно задержать по горячим следам, а тут…

— Шесть лет прошло, так что лишняя неделя ничего не решает?

— Вроде того. С одной стороны, на меня давит начальство, требует результатов, потому что дело громкое, а с другой стороны, все говорят про шесть лет и никуда не спешат.

— Скажите, а вы нашли Дженкинсов?

— Нашёл.

— И допросили?

— Строго говоря, не я. Мои коллеги из Глазго.

— И что вы узнали?

— Не могу вам этого сказать, мисс Бирн, это материалы полицейского расследования.

— Это ведь Дженкинсы получили те десять тысяч?

Любезная полуулыбка исчезла с лица Годдарда. Он взирал на Айрис со смесью изумления и негодования.

— Не хотите выпить чаю, мисс Бирн? – спросил он тоном, который больше напоминал угрозу, чем приглашение. – Тут за углом есть приличный ресторан. Я бы сказал, единственный приличный в этом городе.

— Спасибо, не хочу. Я только что пила горячий шоколад.

— Тогда составите мне компанию.

* * *

Годдард, не глядя в меню, заказал джин с тоником себе и молочный коктейль для Айрис.

— Молочный коктейль? – фыркнула она, когда официант отошёл. – Я что, ребёнок?

— Почти, – сказал Годдард. – А теперь расскажите мне, как вы, бога ради, разнюхали всё про Дженкинсов?

Айрис не стала изворачиваться и честно рассказала про фотографии, звонок в школу профессора Эскюде, дубликат письма и выводы, которые они с Дэвидом Вентвортом из всего этого сделали. Инспектор Годдард слушал, не прерывая.

— Вы никогда не думали о работе в полиции? – спросил он полушутя.

— Нет, я для этого не гожусь. Мне ведь сначала придётся быть констеблем, патрулировать улицы, а я… Ну, я всего боюсь.

— А в Эбберли жить не боитесь?

Айрис заправила прядь волос, лезшую в глаза, за ухо и медленно проговорила:

— Когда задумываешься об этом, то становится немного… жутковато. Но, видимо, мозг так устроен, что о таких тяжёлых, страшных вещах со временем перестаёшь думать. Привыкаешь, наверное. К тому же вполне может быть, что сейчас в Эбберли преступника уже нет.

— Я подозреваю, что он всё ещё там. Все эти разъехавшиеся садовники и горничные… Мне кажется, они ни при чём.

— А если вы ошибаетесь? Нельзя же ориентироваться только на чутьё, – возразила Айрис, хотя сама тоже отбросила всю прислугу.

Официант подошёл к ним с подносом и составил напитки на стол. Айрис взяла свой молочный коктейль и немного отпила через трубочку.

— Что вы думаете насчёт этой ситуации с Рупертом и Вилли Дженкинсом? Это ведь может быть мотивом…

Годдард сделал глоток джина и поморщился:

— Вы так хотите выгородить Дэвида Вентворта, что готовы ухватиться за соломинку. Это может быть мотивом, но всё же… Он слишком слабый, этот ваш мотив. То, что Руперт умел водить, не делает его виновным в аварии. Как доказать через два года, что он был за рулём? К тому же раз леди Клементина сожгла фотографии и письмо, то, значит, хотела это скрыть. Она не собиралась сдавать Руперта полиции.