Книга Зловещие маски Корсакова, страница 78 – Игорь Евдокимов

Их экипаж остановился. Не дав Корсакову ответить, Постольский открыл дверцу и вышел.

* * *

Второй раз в жизни Корсаков оказался в душном маленьком кабинете полковника, который по-прежнему напоминал ему странную смесь склепа и монашеской кельи. Сам жандарм сидел за рабочим столом и мог бы выглядеть гостеприимно, если бы знал, как это делать.

— Владимир Николаевич, рад видеть вас живым и относительно невредимым, – приветствовал его хозяин кабинета. – И вы даже умудрились обойтись без жертв среди полицейских чинов, что уже не может меня не радовать. Рассказывайте, я весь внимание!

Во второй раз за день Корсаков поведал краткую версию своего расследования. Он рассказал о цветах, о сияющем озере, о возвращении Никиты Коростылева и событиях, произошедших в подземном гроте. Полковник, как всегда застывший, словно статуя, слушал его с закрытыми глазами, и Владимир не сомневался, что жандарм запоминает каждое сказанное слово.

— Что ж, – вымолвил хозяин кабинета, когда Корсаков закончил. – Крайне любопытная история. А вы не перестаете меня удивлять, Владимир Николаевич. Не сомневался, что вы в некоторой степени подкованы в различных науках, но… Анализ существ. Догадка о горючести их дыхания. Браво!

— Не стоит, – отмахнулся Корсаков. – Вы же знаете, что все комплименты должны достаться Беккеру.

— Кому? – переспросил жандарм.

— Профессору Вильяму Яновичу ван Беккеру, – устало ответил Владимир. – Вы ведь за этим послали его вместе с нами.

— Корсаков! – опасно прищурился полковник. – Не забывайтесь. Я сказал, что выделю поручика Постольского. Точка. Если бы я посылал с вами кого-то еще, то, поверьте, вы бы об этом знали. Так о каком профессоре ван Беккере вы, черт возьми, говорите?!

В дверь неуверенно постучали.

— Войдите! – рявкнул полковник. В кабинет заглянул унтер, в котором Корсаков узнал жандарма, сопровождавшего Вильяма Яновича в лабораторию. Вид он имел несколько потерянный.

— Ваше высоко… – начал было он, но полковник оборвал его:

— Без чинов, сто раз говорил. Докладывайте, живо!

— Я… я их потерял, – признался унтер.

— Кого «их»? Сегодня что же, все решили со мной загадками разговаривать?! – разъярился полковник.

— Никак нет! – испуганно отрапортовал унтер. – Беккера и его страхолюдину! Нашел извозчика, загрузил их, сам на козлы сел, а то внутри места не было и воняла эта его штука ужасно. Как приехали по указанному адресу, дверцу отворил – а там пусто!

Корсаков, не обращая внимания на грозно поднявшегося из-за стола полковника, с замиранием сердца нащупал в кармане письмо, оставленное Вильямом Яновичем, и, развернув сложенный в три раза лист бумаги, прочитал:

«Мой дорогой друг, Владимир Николаевич (уж позвольте я буду называть Вас другом)!

Смею надеяться, что моя небольшая уловка сработала, Вы не открыли это письмо заранее и не отдали его полковнику, не прочитав. Должно быть, у Вас сейчас множество вопросов. Ответить на все не в моих силах, но кое-чем я поделиться все-таки смогу.

Во-первых, да, я имею честь представлять общество, в которое входил и Ваш уважаемый дядюшка, Михаил Васильевич.

Во-вторых, хочу поручиться (хоть и оставляю за Вами право мне не верить), что ни я, ни мои единомышленники не имели никакого отношения к обстоятельствам трагической смерти Николая Александровича. Сие событие застало нас врасплох. Поэтому я счел необходимым присоединиться к Вашему расследованию, хоть в маскарадном образе, и стремился Вам помочь в меру моих скромных способностей.