Книга Шах и мат, страница 60 – Джозеф Шеридан Ле Фаню

— Нет, совсем недолго; моя бедная стопа вынуждает меня к вечному движению; парадоксально, но факт. Насчет поездки в Бакстон уже все решено. Я проведу там неделю, может, немного больше, а затем, ради смены климата, отправлюсь в Йоркшир.

Едва войдя в гостиную, Элис увидела прехорошенькое личико – оригинал восхитительного портрета, что стоял у нее перед глазами во время поездки в Твайфорд; услышала Элис и щебетанье, производимое голоском поистине серебряным. На диване устроилась Грейс Мобрей; мистер Лонгклюз облокотился о диванную спинку с одной стороны от прелестницы, Вивиан Дарнли (как показалось Элис, чем-то воодушевленный) стоял прямо перед нею – и смеялся. Элис Арден быстрым шагом прошла к дивану, чтобы отдать долг хозяйки. Тяжелое предчувствие охватило ее, непривычная боль сдавила сердце, когда она заметила, как расцвела Грейс Мобрей с их прошлой встречи. Лучась улыбкой и простерши руки, Элис поздоровалась с мисс Мобрей, расцеловала ее и после нескольких дежурных фраз уселась на диван. Далее она осведомилась у мистера Лонгклюза, как идут его дела, и лишь затем обратилась к Вивиану Дарнли, но почти сразу возобновила подобающий случаю любезный диалог с той, которая отныне считалась ее родственницей, даром что форма родства была Элис неизвестна.

Барышни казались настолько поглощенными друг дружкой, что джентльменам, после некоторого ожидания, волей-неволей пришлось завести собственный разговор и переместиться от дивана к окну. Они обсуждали собак и лошадей, причем мистер Лонгклюз быстрыми темпами втирался в доверие к Вивиану Дарнли.

— Когда мы вновь сойдемся после ужина, вы должны будете сообщить мне, кто эти люди, – пропела Грейс Мобрей, которая редко обдумывала свои слова. – Фамилия молодого джентльмена – Вивиан, не так ли?

— Нет, его фамилия Дарнли, – шепотом отвечала Элис. – Вивиан – это его имя.

— И имя, и фамилия очень романтичны^[33], и сам мистер Дарнли большой романтик, если хотя бы в половине случаев говорит то, что думает, – рассмеялась Грейс Мобрей.

«Что он ей говорил?» – встревожилась Элис, быстро сообразив, что практически любую тему можно подать в романтическом ключе.

— А другой джентльмен? – спросила мисс Мобрей.

— Это мистер Лонгклюз.

— Он умен, – заметила Грейс Мобрей с суровой убежденностью, которую Элис нашла забавной.

— Вы так считаете? Я согласна; во всяком случае, мистер Лонгклюз умеет быть интересным. Он объехал полмира, и он очень недурной рассказчик.

На этой фразе Вивиан Дарнли вдруг обернулся к барышням и произнес:

— А давайте уговорим леди Мэй устроить увеселительную поездку в Дерби; я как раз толковал об этом мистеру Лонгклюзу.

— Я готов предоставить экипаж, – добавил мистер Лонгклюз.

— И притом с превосходными лошадьми – я их видел, – подхватил Дарнли.

— Ничто не принесет мне большего удовольствия, – молвила Элис. – Я никогда не бывала на скачках. Что скажете, Грейс? Отпустит вас дядюшка Дэвид?

— Постараюсь, чтобы отпустил, – пропела мисс Мобрей.

— Только подступать к леди Мэй нужно всем вместе, – сказала Элис. – Леди Мэй такая душка, она против нас не устоит.

— Давайте прямо сейчас и начнем, – предложил Дарнли.

— Не лучше ли дождаться, когда она будет в нашем полном распоряжении? Ведь неизвестно, что скажут ваш батюшка и ваш дядюшка, – остерегла Грейс Мобрей, обращаясь к Элис. – По-моему, они ничего не должны знать, пока мы не склоним на нашу сторону леди Мэй. Тогда им останется только смириться.