Книга Шах и мат, страница 212 – Джозеф Шеридан Ле Фаню

В то время как мисс Арден оставалась в неведении относительно истинной природы перемен (надобно заметить, что перемены даже слегка забавляли ее), коварный и полный решимости стратег неустанно расставлял новые силки.

Процесс изоляции был почти завершен, причем подозрения ни разу даже не шевельнулись в сердце мисс Арден. Дом, управляемый невидимой пагубной силой, претерпел изменения, наиболее подходящие для замыслов манипулятора.

Сэр Ричард, как обычно, приехал в свой клуб. Это вменялось ему в обязанность. Ежесекундно он находился под надзором всевидящего ока; он жил в вечном страхе. Сэр Ричард боялся Лонгклюза до судорог, в то время как бледный его тиран тешился уверенностью, что в сердце жертвы осталось одно чувство – безразличие обреченного на погибель.

«Чего бы проще – пойти в полицию, сказать, что сделал это под давлением. О, исчадие ада! Но что потом? Что потом? Дуло к виску, вспышка – и мрак навеки!»

Мистер Лонгклюз постучался в дом на Мэй-Фэйр, где жил сэр Ричард, и отправил лакея наверх, доложить баронету о посетителе. Было это примерно в то же время, когда мистер Ливи употреблял в баре «Гая Уорикского» свою недолитую порцию бренди с содовой. На лондонских улицах уже сгустились сумерки, но, благодаря не особенно плотной застройке, дом на Мэй-Фэйр не тонул во мраке. Мистер Лонгклюз поднялся в гостиную, не сняв ни пальто, ни шляпы; на затененном потолке четко обозначился двойник оконного переплета, подсвеченного красноватым газовым фонарем, и долговязая фигура казалась сгустком тумана.

Вошел сэр Ричард.

— Вы ведь не ездили сегодня в Мортлейк, – процедил мистер Лонгклюз.

— Не ездил.

— У дверей вас ждет кэб; вы немедленно отправитесь к сестре, ибо ваше отсутствие в течение целого дня может вызвать подозрения. Проведете с мисс Арден не более пяти минут; не смейте ни упоминать имени Луизы Дайепер, ни делать какие бы то ни было комментарии насчет запертых комнат. Из Мортлейка сразу езжайте ко мне на Болтон-стрит. Пока это все.

Не добавив более ни слова, мистер Лонгклюз удалился.

Что за надменная бесцеремонность и до чего холоден этот тон, подразумевающий бесчестье оступившемуся! Увы, с тех пор, как молодой джентльмен оказался под пятой жестокого интригана, он вынужден был именно в такой манере выслушивать его неумолимые распоряжения. Железная ловушка захлопнулась, и сэр Ричард не видел иного способа избавления, кроме того, который зовется смертью.

Притом же в этой тюрьме без стен и решеток сэра Ричарда окружали чудовищные призраки – оскорбленная гордость, ожидание катастрофы, стыд и раскаяние в том, что он предал единственную сестру, что повинен в неслыханном вероломстве.

Он решился, пока ехал в Мортлейк. Всю дорогу его красивое, теперь осунувшееся, бледное лицо искажалось судорогами, а руки были крепко сцеплены на груди. Вот он взялся за дверной молоток; ему открыла горничная в холщовом переднике. Сэр Ричард, до этого мгновения глубоко погруженный в свои мысли, вздрогнул при виде незнакомой женщины. Со свечой идя вверх по ступеням, выбивая дробь на двери комнаты над гостиной при столовой, сэр Ричард ощущал себя гнуснейшим из когда-либо живших заговорщиков. Чувство это усилила простодушная улыбка Элис, которая довольствовалась обществом Луизы Дайепер.