Онлайн книга «За твоей спиной»
|
— Ничего не сделал. — Я несколько раз тебе сказал, что с Мадиной у нас договорные отношения. — Это так не выглядит… — А как? — Если бы ты видел, как она на тебя смотрит… — Прекрати. Ты ревнуешь! — Скажи, ну скажи. Я не верю, что у вас ничего не было. Ответь, ты никогда не трогал ее, даже не видел обнаженной? — Детский сад, Таня. — Ответь. Я начинаю улыбаться, понимая, что это действительно шутка, но ровно до того момента, пока не осознаю — он не отвечает. Отпивает кофе и молчит. Вскакиваю с места, бросив салфетку на стол. За столиком справа слышу шепотки. — Ненавижу… — шепчу, отправляясь в уборную. Обратный путь выглядит как абсолютное противопоставление дороге из дома, когда мы с Лукой подпевали радио новогоднюю песенку и весело шутили. Теперь все молчат. Обстановка гнетущая. За окном снегопад, превращающийся в серую жижу. — Я пока погуляю, — говорит Лука. — Прошу тебя, будь осторожнее… Дверь с хлопком закрывается. Оставшись вдвоем, мы оба молчим. Я отвожу взгляд к окну и путешествую по детской площадке вместе с сыном, который, кажется, успокаивается, только прижав пятую точку к сиденью качелей. Поэтому теперь смотрю прямо перед собой. Краем глаза вижу, что Расул полностью копирует мою позу, только складывает руки на руле. Я чувствую себя как никогда уязвимой… Снежинки, кружась и танцуя, оседают на лобовом стекле, которое превращает их в прозрачные капли воды. Я поражаюсь насколько это красиво и… жизненно, что ли. Так похоже на… любовь. Летишь себе, такая свободная и ледяная. С неповторимым резным узором, который есть только у тебя, сколько бы миллионов снежинок в мире ни было. А потом, доверившись, превращаешься в каплю. Капли… Они все одинаковые. Неинтересные. Бесформенные. Сливающиеся в общую массу. С мыслями об этом мне почему-то становится хуже. Из глаз брызгают слезы, которые я тут же вытираю тыльной стороной ладони, но поток и не думает заканчиваться. Таня-снежинка никогда бы не стала лить слезы из-за мужчины при нем же. Таня-капля унижается как может. До последнего. — Это было недоразумение… и всего лишь однажды, — хрипло говорит. — Что? — прижигаю взглядом выдающуюся скулу и ровно выстриженный висок. — То, о чем ты меня спросила… Недовольно поигрывает челюстью и отворачивается. — Ясно… Всего лишь однажды, — усмехаюсь и развожу руками. — Ты мне говорил — у вас договор. Ты мне врал!.. Он зло смотрит на меня и бьет по рулю. — Я не врал тебе. Так вышло. Снова отводит лицо к окну. — И я не могу слушать про твою семейную жизнь, Таня, потому что для меня это невыносимо — представлять тебя с другим. У меня кишки в узел скручиваются. Я дурею. Слабо улыбаюсь. Потом чувствую, как снова накрывает. — Тогда ты должен понять, что у меня внутри, когда ты каждый раз уходишь к ней. Каждый. Раз… — Это совершенно не одно и то же!.. Я всхлипываю, вспоминая тот новостной сюжет. Возможно, не попади я на него, листая телеканалы, все было бы в порядке? — Ты бы видел, как она на тебя смотрит… — повторяю, качая головой. Тоже дурею. Он сейчас уедет. К ней. К ее семье. Я все это ненавижу, потому что мне, черт возьми, больно. Я не верила, что так вообще бывает, и Бог наказал меня самым жестоким образом, подарив идеальный объект для ревности — Расула Хаджаева. — Все-е! Не могу больше, — растираю дрожащие ладони. |